Ромео и Джульетта

Автор: Nюся, Роман

Два факультета: Слизерин и Гриффиндор,
В предместья Англии, встречают нас событья,
Ведут междоусобные бои
Жестокие, почти кровопролитья.

Друг друга любят главы бунтарей,
Но им судьба подстраивает козни,
И гибель их у хогвардский дверей,
Кладет конец непримиримой розне.

Джульетта -Малфой
Ромео - Гермиона
Меркуцио - Рон
Отец Ромео и многие другие - Гарри
Отец Джульетты - Люциус Малфой.
Няни Джульетты - Кребб и Гойл.
Священник -Невилл Лонгботтом и Хагрид (попеременно).
Тибальт - Маркус Флинт.
А так же: МакГонагалл, Снейп, Дамблдор, Лорд Волдеморт, Чжоу Чанг и т. д.
События знаменитой пьесы У. Шекспира были несколько изменены мной на новый лад. Надеюсь, вам понравится ;)!

Часть первая


- Гребанные Слизеринцы! - в сердцах воскликнул Рон, продолжая описывать круги по комнате. - Это ж надо! Что учудили, со своим деканом-полудурком! Они договорились, это я вам точно говорю!
- Рон. Во-первых, с чего ты взял, что они договорились, во-вторых, раньше вы сами наперебой твердили, что это дурацкая затея, в-третьих, какая тебе разница до того, что в Слизерине будет праздник? - поинтересовалась Гермиона, высунувшись из-за огромной книги, и слегка склонив головку на бок.
- Да, это дурацкая затея, но лишь потому, что это придумал твой бывший возлюбленный Гилдерой Локхарт, - дразня Гермиону пропищал Рон. - Просто меня бесит, что они будут праздновать День Святого Валентина, а мы - драить кабинет Снейпа!
- Правда, Герм, - кивнул Гарри, чертыхаясь отдирая магическую жвачку близнецов - Уизли из-под парты. - Странное совпадение, именно тогда, когда вся школа празднует нововведенный праздник, Снейп назначил нам взыскание на весь вечер.
- Вот бы посмотреть, как развлекаются слизеринцы, - мечтательно воскликнул Рон, закидывая ноги на котел Снейпа.
- Рон! - Гермиона с силой спихнула ноги мальчика с котла, укоризненно взглянув на него.
- Что? - мальчик посмотрел на нее удивленными глазами, мол, что я такого сделал?
- По-моему, ничего хорошего в этом празднике нет, - пожала плечами Гермиона. - Я же не ною, что не пошла.
- Но ты то не пошла по собственной воле!
Действительно, Гермионе взыскания не назначали, просто девушка была уверена, что ей нечего делать на этом празднике. Суть его заключалась в том, что весь день ученики всех факультетов складывали любовные письма в четыре большие коробки, выставленные в коридоре, на каждой из которых был знак факультета. Тот факультет, которому пришлют больше всех валентинок, получит 50 баллов. В этом году тупо разнаряженных троллей (или это были эльфы?) не было, вместо них были "купидоны", роль которых выполняли учащиеся старших курсов. На запястьях у них красовались искрящиеся сердечки. Профессора не позволили разносить письма на уроках, как ни настаивали ученики, поэтому, что бы получить свои поздравления, надо было ждать вечера, или даже следующего утра. На последнем уроке зальеварения, за десять минут до конца, с другого конца кабинета послышался громкий голос Малфоя. Он явно кого-то изображал, и пел какую-то песенку, исподволь косясь на Гарри и Рона. Рыжеволосый мальчик вдруг начал злиться, и вскоре Гарри понял, почему. Малфой парадировал песенку Джинни, которую та сочинила для Гарри на первый День Святого Валентина. "Урод", - разом воскликнули друзья, и, естественно, именно в этот момент за их спинами раздался голос Снейпа. "Остаетесь после уроков, оба. На три часа", - и мантия профессора зашелестела в противоположном направлении. Все это было бы не так страшно, но и Рон и Гарри старательно лепили жвачки под котлы в кабинете на протяжении всего года, и работы там было явно не на три часа. Гермиона, как настоящий друг (а может, ей просто это было не интересно) осталась с друзьями. Гарри, на самом деле, тоже не очень хотел идти. Валентинку Чжоу он кинул еще с утра, а ему самому письмо могло прийти разве что от Джинни, что только вызовет лишние насмешки у слизеринцев во главе с Малфоем. Гермиона вообще придерживалась мнения, что у нее не будет ни одной валентинки (кстати, так же думала и Пенси Паркинсон, не единожды заявлявшая девушке, что ей вовсе не обязательно присутствовать на празднике, в виду ее уродства). Зато Рона такое поведение Снейпа возмущало до глубины души. Нельзя сказать, что он очень уж хотел получить послание, просто его бесило, что СЛИЗЕРИНЦЫ будут праздновать, а ОНИ нет. Хотя, Гарри это тоже порядком раздражало. Гермиона же спокойно рассматривала красный флакончик. Это было убийственное зелье, Фулиос Кедавра, они проходили его на последнем уроке. Конечно, девушка выкинет этот опасный флакон, просто сейчас забыла. Она как раз убрала сосуд в карман робы. В дверь просунулась рыжая голова Джорджа (или Фреда?).
- А, работаете, Золушки? - усмехнулся он. - Вам долго еще?
- Долго, - буркнул Рон.
- Могу вам предложить слинять отсюда, и идти к нам. Праздник же костюмированный, вас все равно никто не узнает.
- А какая разница? - горько усмехнулся Гарри. - Кто за нас все доделает?
- Жаль... А это видали? - парень протянул вперед руку, с покачивающимся на запястье сердечком.
- Ты письма разносишь?! - воскликнули Рон и Гарри, Гермиона тоже оторвалась от книги.
- Да, - гордо кивнул Фред ( а это был именно он).
За дверью мелькнула еще одна рыжая голова, на этот раз Джордж. На шее у него, на подобии кулона, тоже висело сердечко. Он показал брату какие-то письма, и подмигнул Гермионе.
- Ладно, народ, у нас почты до фига. Давайте быстрее, и к нам.
На самом деле, действительно было немного обидно. Все трое ребят, хотя и не очень любили этот праздник, все равно заготовили костюмы, а теперь все насмарку.
- Знаете, - задумчиво начал Гермиона, откладывая в сторону свое "легкое чтение". - Наверное, Снейп тоже празднует. Я думаю, если я применю очистительное заклинание, мы вполне можем уйти, отпраздновать чуть-чуть...
- Гермиона! - Рон налетел на Гермиону, обняв ее. - Умница!
- Мы же уже час моем здесь все! - воскликнул Гарри.
- Ну, вам тоже иногда не вредно поработать, - пожала плечами девушка, улыбнувшись друзьям.

- Я ни за что туда не пойду! - воскликнула Гермиона, интенсивно мотая головой. - И не уговаривайте!
- А мы и не уговариваем, - пожал плечами Гарри. - Ты, конечно, как хочешь, но, по-моему, это интересно.
- А, по-моему, это глупо! - настаивала на своем девушка.
- Ну неужели тебе ни чуточки не интересно, как празднуют слизеринцы?
- Ну, может быть... но это не значит, что я с вами пойду!
- Ну, как хочешь! - рассердился Рон. - В конце концов, сколько мы будем тебя уговаривать!
Рон показательно повернулся к Гарри, нарочито громко обсуждая план попадания в гостиную Слизерина. Прошла, наверное, минута. Рон искоса посмотрел на подругу, и прошептал, наклонившись к Гарри.
- Смотри! Три, два, один...
- Рон! Гарри!
- Я же говорил, - самодовольно усмехнулся мальчик и с нарочито безразличным видом развернулся. - Что, Герм?
- Наверное, хуже не будет, если я пойду с вами?
- Ну, наконец-то, доперло! - улыбнулся Гарри.
Как бы Гермиона не старалась строить из себя заученную зубрилу, страсть к приключениям все же взяла верх.
Приготовления шли около часа. Конечно, при ближайшем рассмотрении, ребят можно было узнать, но, кто будет к ним приглядываться? Главное, маски на ребятах были надеты.
Ровно в семь часов (а именно на это время и были назначены празднования) друзья спустились в гостиную. Пробравшись сквозь толпу собравшихся гриффиндорцев, они проскользнули к портрету Толстой Леди и незаметно вышли в холл. Дело за малым, тихо, не привлекая внимания, пробраться к подземелью Слизерина и дождаться, пока кто-нибудь войдет внутрь...


Оформленная в зеленых тонах гостиная Слизерина вовсе не была столь зловещей, как кабинет их декана, даже напротив. Зеленый цвет действует успокаивающе, и как-то внушает доверия, хотя Рон предположил, что это скорее гипноз. В комнате царило радостное возбуждение. На столах звякали бутылки, откуда-то слышалась задорная музыка, многие танцевали. На столе стоял огромный чан с кремовым шампанским и обалденным сливочным ликером "Cremfield classic". Потихоньку трое друзей разошлись в разные стороны. Вечер обещал быть интересным! С каждой мелодией музыка становилась все быстрее и быстрее (скоре всего, это зависело от количества выпитого ди-джеем), и если сначала играла Dilemma Nelly feat Kelly Rowland, то спустя час или два все уже колбасили под Las Cetchup, естественно, Las Cetchup song. Оказывается, волшебники тоже слушают магловскую музыку! Все собравшиеся встали в круг, и как угорелые отплясывали подобно девушкам из Las Cetchup. Избежать этого сумасшествия было почти невозможно и, наверное, самая трезвая из всех Гермиона отошла в сторону и встала за колонной. И что за радость напиваться как свинья? К тому же, девушка совсем не любила эту песню. Кто-то натолкнулся сзади на ее спину и, извинившись, отошел в сторону. Гермиона, тоже извинилась, не снимая маски, и продолжала с некоторой неприязнью взирать на поддатую толпу.
- Не очень весело, правда? - раздался позади нее приятный спокойный голос, и что особенно странно, абсолютно трезвый.
- Да, - улыбнулась Гермиона незнакомцу. Мимо нее пронеслась девушка, и Герм невольно вытаращилась на нее. Она готова была поклясться, что это была Чжоу! Значит, они не одни такие умные, что пришли сюда! - Ты не знаешь, это не...
- Чанг. Не знаю уж, что она здесь забыла. Говорят, что им не разрешают и капли а рот брать, к тому же контролируют каждую минуту, а здесь абсолютно бесконтрольное веселье.
- А почему ты не с ними?
- Ну, знаешь, просто порядком опостылели пьяные рожи. Не то, что бы я сам таким не бывал, просто уже надоело. И Las Cetchup я не люблю...
Гермиона улыбнулась, и парень улыбнулся в ответ из-под светлой бирюзовой маски. Они долго стояли и разговаривали, обмениваясь взглядами и полуулыбками. От парня пахло чем-то сладким (Гермионе, не пившей в жизни ничего крепче, чем шампанское, и невдомек было, что это пахло как раз таки ликером). Хотя девушка и не пила ничего кроме стакана кремового шампанского, у нее немного закружилась голова. Она пошатнулась, и оперлась о плечо незнакомца, а когда она подняла голову, то поняла, что влюбилась. Парень смотрел на нее ясными голубыми глазами, и девушке показалось, что она уже видела их раньше, но ни на кого и никогда они не смотрели ТАК. Он придержал ее за талию, помогая встать ровно, но, задержав немного руку, обнял Герм, положив вторую руку на талию девушки, а затем поцеловал. Голова у Герм закружилась еще больше. Когда Виктор поцеловал ее в начале этого года, перед тем, как уехал играть в высшую лигу, она, наверное, должна была бы почувствовать то же самое, но ничего подобного не было. Она вообще никогда не испытывала ничего подобного. Этот парень нравился ей до такой степени, что ей даже не важно было, что он, скоре всего, из Слизерина. Она об этом даже не думала. Она вообще ни о чем не думала, просто хотела, что бы он никогда не отпускал ее. Герм тоже обняла его, проведя рукой по светлым волосам. Сзади раздался противный, пьяный смешок, и на целующуюся пару дохнуло перегаром. Гермиона повернула голову, это был капитан слизеринской команды по квиддичу.
- Слушай, Казанова хренов, чё встал, Ромео ты недоделанный?
- Маркус, отъ...сь, - с раздражением проговорил парень, отойдя от девушки. В его голосе прозвучали смутно знакомые Гермионе надменные нотки.
- Так, я тя чё, просто так зову? Поматерюсь те щас! - рассердился Флинт, и покачнувшись усмехнулся кривозубой улыбкой.
Он рванул парня так, что его мантия затрещала, но тот не сдвинулся с места. Тогда Маркус наклонился, и что-то зашептал ему на ухо. Тот нахмурился, и кивнул, улыбнувшись девушке.
- Великий Мерлин, Драко! Сколько тебя можно ждать?!
- Иду я!
- Да хватит цацкаться с этой грязнокровкой Грейнджер!!!
Гермиона сняла маску, и тупо уставилась на парня, который так же тупо лупился на нее. Флинт просто потащил его за мантию, а Гермиона так и осталась стоять, как вкопанная. Драко? Значит это был... Малфой?!!!


Полупьяные Гарри и Рон шли, кое-как опираясь на руки друг друга. Гермиона шла рядом, но ей было совсем не до веселья. Неужели, это мог быть ОН?! Такой милый и нежный! Так она же просто-напросто влюбилась в него! Влюбилась в Драко Малфоя!!! Девушке было очень тяжело, особенно она злилась на себя за то, что понимала: он больше никогда не будет целовать ее вот так искренне и нежно, как сейчас. Наверняка, ему просто надо было вот так развлечься. Он просто не знал, что эта девушка, которую он целовал и обнимал, была она, Гермиона Грейнджер, зубрила гриффиндорка, но главное, грязногровка. "Вот дура! - рассердилась на себя Герм, и неуверенно подумала. - Надо было просто напиться, как все, и веселиться! Вон, как Гарри и Рону весело" Гарри плел какую-то фигню про сны и грезы, при этом активно жестикулирую, какую-то там богиню сна, скачущую по носам в ореховой скорлупе, когда люди спят, а Рон с умным видом поддакивал и кивал, идя рядом с Герм и периодически спотыкаясь на ровном месте. В конце концов, девушке просто-напросто надоели эти пьяные бредни. Вот что они нажрались, делать больше нечего, что ли? Нет, хоть убейте, а так веселиться она не намерена! От запаха алкоголя уж немного мутило, но оставлять мальчиков наедине Гермиона боялась. А если они наткнутся на кого-нибудь? До входа в гостиную Гриффиндора идти осталось еще минуты три, и вот, невдалеке уже виднелось розовое платье Толстой Леди. Гермиона протолкнула мальчиков внутрь, и как раз вовремя.
- Мисс Грейнджер!
- Да, профессор! - Гермиона подскочила на месте, повернувшись лицом к Мак Гонагалл, судорожно соображая, что бы ей сказать.
- И что вы здесь делаете? - Герм отметила про себя, что вполне ожидала подобного вопроса.
- Я... понимаете... я... жду Невилла!
Из-за поворота показалась голова Невилла Лонгботтома, но Герм тут же пожалела, что сказала это. Невилл, похоже, тоже был "немного" не в себе. Он шел немного покачиваясь, а на голове у него сидел Тревор - ручная жаба. При всем этом мальчик активно искал этого самого Тревора на полу. И почему именно сегодня все решили напиться? - вздохнула Гермиона. Мальчик подошел к портрету. Его глаза скользнули по остроконечным туфлям Мак Гонагалл, и поползли по ее мантии, медленно, но верно, приближаясь к голове. Прежде, чем посмотреть профессору в глаза, мальчик на мгновение зажмурился, но, все же пересилив себя, исподлобья взглянул в строгое непроницаемое лицо, а затем перевел взгляд на Гермиону. Она всегда его выручала.
- Мистер Лонгботтом, пройдите в спальню, быстрее, пока кто-нибудь вас не увидел, - гаркнула Мак Гонагалл, и, помолчав, добавила. - Десять очков с Гриффиндора.
Невилл прошел в гостиную, не преминув споткнуться о край рамы, и, громко икнув напоследок, скрылся внутри.
- Значит, мисс Грейнджер, вы ждали мистера Лонгботтома?
- Да, - кивнула Гермиона. Не отказываться же от своих слов.
- Дыхните, - неожиданно выпалила профессор.
- Что?! - поперхнулась девушка.
- Дыхните. Мне надо удостовериться, что вы не пьяны.
Гермиона, гордо подняв голову, подошла к профессору и дыхнула ей в лицо. Мак Гонагалл сдержано улыбнулась, и проговорила, уходя.
- Я очень довольна вами, мисс Грейнджер.
Гермиона фыркнула. Довольна она! Да от нее самой едва уловимо пахло дорогим коньяком! Девушка прошлась по пустующему замку. Время было уже около четырех утра, но спать вовсе не хотелось. Девушка тихо прокралась к дверям, и вышла во двор замка. Наконец-то, свежий воздух! Звезды и луна светили так ярко, что все вокруг было видно. Гармиона пошла дальше, осмысливая все, что произошло сегодня. Вдалеке раздались голоса, точнее, один голос. Гермиона нырнула в кусты, на всякий случай, зажав рот рукой. Это был Драко Малфой. Он стоял, прислонившись спиной с стене замка и что-то бормотал себе под нос. Гермионе невольно на ум пришли строки из "Ромео и Джульетты" "Проговорила что-то, светлый ангел" Тьфу ты, что за бред! Девушка читала это произведение еще на первом курсе, но неплохо помнила его. Она напрягла слух, и смогла расслышать несколько слов, а затем и все, что говорил парень.
- Черт! И почему она из Гриффиндора! Неужели, эта гребаная шляпа не могла определить ее в Слизерин?! Еще и грязнокровка!! Драко, как ты мог влюбиться в ГРЯЗНОКРОВКУ! Ну, ведь она хорошая волшебница... Ну и что, что ее родители маглы? Это же ее не меняет? Нет, это многое меняет! Что скажет отец! Мерлин, что я несу! Она же меня ненавидит!
- Молчать, или ответить?
- Черт, а может, Авадакедабарнуть себя? Это решило бы большенство вопросов...
- Спятил?! - воскликнула Герм.
- Гермиона?!!
Девушка, не в силах больше сидеть в кустах, вывалилась на поляну. Значит, он тоже испытал что-то к ней!
- Ты что, подслушивала?
- Я... ну, нет...
- Хотя, это не важно. Ты же все слышала, ведь так?
- Да.
Драко с силой ударил кулаком в стену, так, что камешки посыпались, но потом повернулся к Гермионе, и заговорил, пытаясь добавить своему голосу надменные нотки. Хотя, надо признать, у него это плохо получилась.
- Я... я знал, что ты здесь. И я знал, что ты была на празднике, и я просто развлечься хотел. Я вообще... ну... я тебя использовал.
- А мне показалось, что ты говорил вполне искренне.
- Тебе именно показалось!
Драко отвернулся и закатил глаза. Ну почему он не мог влюбиться в Пенси Паркинсон? Она с начала этого года за ним бегает! Но разве может какая-то Пенси сравниться с Гермионой?
- Если бы я могла, я бы прямо сейчас перешла с Слизерин, - грустно проговорила девушка за спиной Малфоя. Драко резко обернулся. Он ожидал услышать что угодно, только не это. - И если бы я могла, то родилась бы заново в семье чистокровных магов! - Гермиона сама не могла поверить, что сказала это, и кому, Драко Малфою! Но после его слов, "случайно" подслушанных ею, в глубине души появилась хоть малейшая надежда на взаимность. Но, сейчас он просто развернется, и заржет ей в лицо. Хотя, в конце концов, она всегда сможет стереть ему память.
Но Драко не засмеялся. По его лицу даже не скользнула знаменитая надменная усмешка. Она просто стояли и смотрели друг на друга, стараясь угадать, на шутит ли другой. Драко вдохнул полной грудью, и даже почувствовал приятный запах ее духов. А может... В конце концов, никто не поверит ей, что он...
Парень подошел к растерянной Герм и, придвинув ее к себе, еще раз поцеловал. Они сидели рядом на траве, и просто болтали, но при этом вздрагивая от каждого шороха. Ни одному, ни другой не верилось, что может быть так хорошо, да еще и с тем человеком, которого ты всего день назад считал своим врагом.
- Драко! - метрах в 20 от ребят раздался голос Снейпа.
Из-за кустов его не выло видно, но было ясно, что он приближается. Драко знал, что он должен прийти. Он сам позвал его, что бы ребята успели убрать последствия пьянки, но, естественно, разве вспомнил он о нем, находясь рядом с Гермионой?
Девушка скрылась в кустах, и спустя минуту к Драко подошел Снейп. Мальчик встал с травы, и принялся нести какую-то лабуду, стараясь потянуть время. Профессор у удивлением взирал на своего любимого ученика. Он прекрасно знал, что Драко отвлекал его, пока другие убираются, но обычно гораздый врать парень сейчас не мог связать и двух слов. Малфой даже не вслушивался, что он несет. Его мысли сейчас были в Хогвартсе, в спальне Гриффиндора, рядом с Гермионой Грейнджер.


Гостиная начала наполняться народом только к трем часам. Гриффиндорцы по одному выходили из спален, стараясь не шуметь. У всех, кроме Герм, раскалывались головы. Расплавленные бесформенные ребята, больше похожие на амеб, рассаживались в кресла, стараясь подавить головную боль. БУМ! Все разом подскочили и схватились за головы. В гостиную, как всегда, с шумом, ворвались Фред и Джордж. Со всех сторон послышался возмущенный мат. Особенно возмущался Рон. Фред улыбнулся всем присутствующим, после чего достал из-за пазухи какой-то пузырек с болотно-зеленой жидкостью.
- Это, друзья мои, очень сильное средство от похмелья!
Все притихли, переводя безумные взгляды с Фреда на спасительный напиток.
- Прежде, чем мы раздадим вам валентинки, вал лучше бы немного прийти в себя...
Спустя пять минут все были в норме, и, потирая руки, направились в большой зал, где должна была происходить раздача писем.
В зале царило необычайное оживление. Трое друзей сели на свои обычные места, с интересом осматриваясь вокруг. Как и вчера, зал был украшен в розовых тонах, а с потолка свисали алые сердечки. За разными столами кучки девчонок перешептывались, глупо хихикая и поглядывая на разных ребят. Гермиона демонстративно отвернулась, показывая всем своим видом, что ее только раздражает подобное поведения. Но Гарри и Рону постепенно передалось это радостное возбуждение. Рон огляделся.
- Как думаете, мне кто-нибудь пришлет валентинку?
- Может быть, - уклончиво ответил Гарри. Ему самому очень хотелось получить письмецо другое, но ни на что большее, чем очередная песенка от Джинни он не рассчитывал.
В зал зашли "почтальоны". Джордж, Фред, Алиссия Спиннет, Маркус Флинт и еще двое слизеринцев, трое когтевранцев и трое пуффендуйцев. У всех были довольно объемные мешки. Со стороны стола Слизерина послышался ехидный смешок Малфоя.
- Эй, Поттер, жди очередную поэму! Что это будет на этот раз? "У него зеленые глаза, а я тупая рыжая коза"! Что-то типа того?
Цвет лица Рона приближался к цвету его волос. Гарри же наоборот, медленно бледнел, злясь, все больше и больше, видя, как на глаза Джинни наворачиваются крупные слезы. Гермиона грустно вздохнула. Да, ждала, дура, любви до гроба. Малфой тебе вчера весь вечер лапшу на уши вешал, а ты слушала! Ну, этого следовало ожидать, в конце концов, Малфой это Малфой. И хотя девушка прекрасно все это понимала, она то и дело украдкой оборачивалась к столу Слизерина. Гермиона безразлично ковырялась в тарелке. Есть не хотелось абсолютно, да и как тут кусок в горло полезет? Девушке было очень грустно, да и валентинки ей не приносили. Конечно, она их и не ждала, но надежда-то была. На столе около Гарри возникло уже порядка трех или четырех писем, у Рона было одно, но у Герм, естественно, ничего. Она опять обернулась к слизеринскому столу. У Драко было где-то пять писем, что очень расстроило девушку. Тоже мне, Донжуан, - хмыкнула она, тупо уставившись в тарелку. Она даже не заметила, как возле нее возник Фред.
- Что грустишь, Герм? Из-за отсутствия валентинок?
Девушка удивленно подняла на него глаза. Вообще-то, было насколько бестактно напоминать ей, что она чуть ли не единственная в школе, кому никто не написал. Хотя ей, конечно же, все равно! Какая разница, ведь это же просто общественное мнение...
- Не расстраивайся, мы просто твои письма решили сразу отдать, ну, чтобы не бегать по несколько раз через весь зал!
Парень кинул на стол перед пораженной Гермионой кучу открыток и конвертов. Сзади раздался смешок Пенси Паркинсон, довольно громко говорившей своему ближайшему окружению, "что очень некрасиво посылать столько открыток самой себе, хотя ее можно понять, при таком уродстве ей просто никто ничего не пришлет". Пока Герм копошилась в своих посланиях, пытаясь по почерку определить, какое от кого, Гарри заметил, что Рон немного взгрустнул. Было такой чувство, что его расстроило, что девушке уделяют внимание столько парней. Джордж, разнесший свои послания, плюхнулся рядом с ребятами.
- Это не от тебя? - поинтересовалась Герм, показывая магическую открытку с щенком, во рту которого была большая роза. Малыш то и дело кололся об нее и фыркал, от чего становился еще забавнее.
- От меня, - кивнул парень. - Мне показалось, что тебе приятно будет, - Джордж подмигнул девушке, и повернулся к Кетти Белл, включившись в обсуждение ее посланий.
Гарри посмотрел на стол Слизерина. Интересно, кто-нибудь прислал письмо Малфою? Драко с нескрываемой неприязнью косился на Джорджа, шепча что-то Креббу и Гойлу. Гарри расслышал только "поганый Уизли" и "много на себя берет". Даже странно, что это он так? Гарри заметил, как его друг, сидевший рядом, напрягся. Рон прямо таки вжался в лавку, и как будто, даже стал меньше. Герм достала из стопки самодельную открытку. Это было большое алое сердце с какой-то не очень аккуратной бахромой по краям, но все равно, это письмо было очень трогательным, хотя и не самым красивым. Герм пожала плечами, без подписи. Ей пришли письма от Невилла, Ли, Симуса, еще каких-то двух пуффендуйцев. Малфой со своей "свитой" обсуждал каждое послание Герм, и каждого отправителя. Гарри даже подивился, с какой злобой он говорил о каждом из них. Все начали потихоньку выходить из-за столов, сгребая вместе свои послания. Гарри с грустью взглянул на Чжоу. У той даже рук не хватало, чтобы унести все свои письма! Три конвертика выпали, (она даже не заметила) в одном из которых Гарри узнал собственную открытку. Мальчик вздохнул. А чего он, собственно говоря, хотел? Они с Роном уже собирались уходить, когда к Гермионе (!) вдруг подошел Кребб (или Гойл?)! Он протянул ей красивый зеленый переливающийся конверт, обвязанный такой же насыщенно-зеленой ленточкой. Выглядело это очень красиво, хотя и ОЧЕНЬ неожиданно. Гарри и Рон замерли, раскрыв рты. Этот уродец отдал письмо Герм! Валентинку! Да еще и не послал анонимно, а подошел, при всех! Девушка открыла письмо, и, быстро пробежав глазами по строкам, и (как показалось Гарри) едва сдержала счастливую улыбку. Прихвостень Малфоя тупо смотрел на девушку, в прочем, это его обычное состояние. Гермиона приняла серьезный вид, и теперь выглядела даже немного расстроенной, хотя, как-то это было наиграно. Она вышла из зала, на прощание бросив друзьям, что будет ждать их в гостиной Гриффиндора. Гарри и Рон удивленно смотрели вслед удаляющейся подруге. Из-за слизеринского стола послышались смешки. "Молодец, Драко! Так ей, грязнокровке этой! А что ты ей там написал, что она сбежала?" Рука Рона сжалась в кулак, и он повернулся в сторону Малфоя, и, кажется, уже собирался идти драться, отстаивая честь подруги. Гарри почти силком оттащил друга. Надо же узнать, что такое произошло.
Гермиона сидела на кресле, поджав ножки под себя, и со слезами счастья на глазах перечитывала письмо, даже не замечая друзей. В принципе, все ребята еще ели, поэтому гостиная была пуста. Рон облокотился на дверной косяк, будто засмотревшись на подругу. Гарри кашлянул, чтобы отвлечь друзей. Оба подняли головы на него, и с лица Герм наконец сошла глуповатая улыбка.
- Ребята, я должна вам кое-что рассказать!..

* * *


Гарри высунулся из-за портрета Полной Дамы и оглядел коридор. Вроде, чисто, никого нет. Он помахал рукой, и распахнул картину, освобождая проход. В коридоре раздались тихие шажки, вскоре потонувшие в тишине. Рядом с Гарри появилась еще одна фигура, на этот раз, это был Рон. Мальчик грустно посмотрел вперед и вздохнул. Что ж, он смирился с Крамом, смирится и с Малфоем.


Гермиона кралась по коридору, молясь всем известным ей богам, что бы с нее не сползла мантия-невидимка. Она не была привержена к какой-либо вере, но сейчас бы не помешала какая-нибудь молитва. Она, лучшая и образцовая ученица Хогвартса, в два часа ночи кралась под мантией к гостиной Слизерина! Если бы кто-то это увидел, точно не поверил бы! Да, это письмо после праздника было от Малфоя. Он пригласил ее к ним, так как они, естественно, могли встречаться только тайно. По мере того, как Герм приближалась к подземелью Слизерина, ее тело пробирала дрожь. Голос внезапно сел, и произнести пароль девушке удалось лишь спустя пару минут. Прохрипев "осиновый кол", Герм, наконец, проникла внутрь. Ее сразу обдало прохладным ветерком. Очевидно, отапливалось здание сейчас не очень хорошо, и в подземелье по ночам еще гуляли сквозняки. Девушка поежилась, и крепче укуталась в мантию. Только не хватало сейчас наткнуться на какого-нибудь слизеринца! Затая дыхание, лучшая ученица школы кралась по уже знакомому коридору. Вот, гостиная! Гермиона сделала глубокий вдох, и тенью скользнула внутрь. Девушка стояла в темноте, дрожа всем телом. Маленькие часики на стене мелодично зазвенели. Час ночи. Из груди Гермионы вырвался судорожный вздох. Осталось совсем немного, чуть-чуть. Что-то в груди неприятно зашевелилось. Впервые за вечер в сердце девушки закралось сомнение. А если он не придет, или будет не один? Высмеет ее? Ему-то она сотрет память, но если с ним будет еще кто-то... От камина к двери метнулась маленькая тень. Домовой эльф. В этот момент сзади раздался знакомый шелест мантии. Его вряд ли можно было с чем-то перепутать. Девушка вжалась в стену, боясь, чтобы никто не услышал ее дыхания, или громкого стука сердце. С двух шагах от насмерть перепуганной девушки неслышно прошел Снейп, на мгновение задержавшись прямо около нее. Девушка еще сильнее вжалась в стену, да так, что сверху чуть не посыпалась штукатурка. Профессор прошелестел мимо, скрывшись за дверями одной из комнат, и только спустя минуту девушка позволила себе вдохнуть полной грудью. Она медленно сняла с себя мантию, предварительно опасливо оглядевшись. Спустя мгновение кто-то схватил ее за руку и прежде, чем она успела что-либо воскликнуть, прижал ладонь к ее рту. Девушка затаилась, боясь поднять глаза. Она невольно прижалась к этому человеку. От него исходило такое тепло, что уже давно ледяные от волнения ладони Герм потихоньку оттаивали, а щеки в момент запылали огнем. Парень (а это был именно парень) наклонился к Герм, пахнув на нее дорогим парфюмом, и тихо прошептал прямо на ухо.
- Только не кричи, хорошо?
Рука парня медленно скользнула ото рта на плечо девушки. Только после этого Герм, глубоко вдохнув, обернулась. Перед ней стоял Малфой и сдерживал улыбку. Гермиону била крупная дрожь, и даже теперь, когда она знала, что перед ней Драко, она никак не могла унять бешено колотившееся сердечко. Парень, видимо, подумал, что она трясется от холода, взял ее ладошки в свои, и мотнул головой в сторону одного из ветвистых коридоров, словно змеи расползшихся по подземельям Хогвартса. Шли они совсем недолго. Видимо, в этих коротких коридорчиках располагались спальни слизеринцев. Драко огляделся и как-то по-хозяйски подтолкнул девушку в открытую им дверь. Там оказалась спальня, но не как у гриффиндорцев, по четыре кровати в комнате, а только одна. Само помещение был набольшим, но довольно светлым из-за большого распахнутого окна, задрапированного легкой прозрачной тканью. С улицы мягко лился лунный свет, сверкая алыми бликами на бутылке красного вина и ободряюще поблескивая на двух высоких бокалах. Драко подмигнул девушке, и выглянул за дверь. Как раз в этот момент где-то за дверью раздались шаги и тут же послышался туповатый голос какого-то парня, как поняла Герм, то ли Кребба, то ли Гойла. И тут же девушка получила подтверждение этого.
- Что тебе здесь надо, Грег?
- Я, Драко... Такие тут слухи ходят... - пробубнил Гойл.
- Слухи? - Герм явно расслышала те же надменные нотки, с какими Малфой-младший разговаривал со всеми вокруг себя, отчего девушке сразу стало как-то не по себе. - Про меня?
- Ну, это не я... - отчетливо представляется всегда тупое ничего не понимающее лицо Грегори Гойла. - Просто здесь Маркус говорил, что ты, гммм... флиртовал с этой грязнокровкой Грейнджер на балу...
Гермиона увидела, как рука Драко сжалась в кулак при слове "грязнокровка". Нельзя не признать, что девушке было приятно, что он злится. Хотя, ведь еще совсем недавно он сам так ее называл...
- Слушай, ты ...! - похоже было, что Драко схватил "друга" за грудки (кстати, Малфой значительно уступал по габаритам Грегори, хотя и был выше его, но почему-то белокурый парень без труда приподнял шкафа-Гойла над землей, хотя и всего на несколько сантиметров). - Если я еще раз услышу от тебя что-то подобное, то удавлю на месте!.. Что это с тобой, как ты вообще мог такое сказать, как у тебя язык повернулся!.. скажи еще, что я Поттера в зад поцеловал!
- Ну, я, вообще-то, и не сомневался... просто... э-э... я пойду?
- Вали!!
Похоже, Гойл наконец ушел. Слава Богу, он и не усомнился в том, что Драко так разозлился из-за бредовости такого предположения... Драко повернул в замке ключ, и повернулся к Герм. Его лицо было бледным и ОЧЕНЬ раздраженным. Он сел на перила кресла, на котором сидела девушка, и скрестил руки на груди.
- Урод!
- Успокойся, мне все равно.
- А мне нет! Как он...
Малфой осекся, глядя в глаза Герм. Она такая милая, даже ругаться не хочется.
- Ладно. Все. Выпьешь со мной вина...
Герм и Драко еще долго сидели и болтали, попивая вкусное, немного дурманящее вино. Надо признаться, Гермиона впервые пила больше стакана, поэтому уже после третьего бокала плохо ориентировалась во времени, знала только, что ей хочется вечно сидеть здесь с НИМ, разговаривая, периодически прерываясь на поцелуи. Интересно, сколько прошло времени...

* * *

Проснувшись, девушка улыбнулась сама себе, даже не открывая глаза. Какой ей сон снился! Мантия невидимка, гостиная Слизерина, Снейп, бутылка вина, Драко... Ей даже было немного стыдно за свои сны. Меньше всего ее сейчас хотелось открывать глаза. Одеяло сползло с плеча девушки, и оно начало медленно замерзать. Давно в спальнях Гриффиндора не было так холодно. Гермиона хотела повернуться на другой бок, в надежде увидеть продолжение чудного сна, но... Девушка на мгновение прижалась к чему-то теплому и зажмурилась от удовольствие. Неужели, она все еще спит? Нежная рука провела по ее плечу, натянув на него одеяло. Герм как могла боролась с искушением закрыть глаза и, покрепче прижавшись к Драко, вновь провалиться в глубокий сон, но все это было слишком неправдоподобно. Девушка, наконец, открыла глаза и едва не вскрикнула...
Драко тоже открыл глаза и посмотрел на девушку, лежавшую рядом с ним. Он, в отличии от нее, прекрасно все помнил. Девушка смотрела на него стеклянными глазами и, казалась, была даже напугана осознанием того, что здесь произошло (на самом деле, больше всего она боялась как раз не того, что уже произошло, а того, что еще может произойти, ведь вполне возможно, что он просто попользовался ей!). Драко улыбнулся ей. Что-то он слишком часто в последнее время улыбается... Герм склонила голову на плечо парню, и уже опять начала засыпать спокойным сном. Малфой откинул прядь с лица, и закатил глаза. Наручные часы на его столике пропищали шесть раз. Всего шесть утра... До завтрака еще три часа, а до побудки всего два. Через час в гостиной начнут собираться слизеринцы... В голове Драко как будто ударил маленький молоточек. А как же Герм потом вернется? Пробраться сквозь заполненную ребятами гостиную очень проблематично даже в мантии-невидимке. По правде, теперь на себя ему было глубоко наплевать, но что будет с ней? У него положение в школе, а она? Ее изведут и гриффиндорцы и слизеринцы, и из школы ее выгонят. Он устроится в Думстранг, это без проблем... Странно, что всегда такая дальновидная Герм не подумала о времени. Драко посмотрел на девушку. Ну, как он ее разбудит? Девушка как будто почувствовала на себе взгляд и, открыв глаза, посмотрела на Малфоя.
- Герм, уже шесть, тебя позже заметить могут.
- Нет.
- Что, нет? - не понял парень.
- Тебе показалось, сейчас только четыре, - девушка отлично знала, что уже шесть. Но, пусть ее поймают! В конце концов, жила раньше с маглами, и теперь проживет! Хотя, как же она будет жить без НЕГО? Девушка потерлась о плечо Драко и прижалась к его груди.
- Нет, тебе надо идти, - как Драко ни пытался придать своему голосу твердость, чувствовалось, что ему отпустить ее даже сложнее, чем ей уйти.
Гермиона быстро пробежалась по комнате, собрав вещи. Одеться ей удалось за пять минут, но когда она вернулась, Драко уже был одет и причесан, как всегда, в "зализанной" манере. Она подбежала, наскоро поцеловав его, но уйти так просто не удалось, парень отпустил девушку лишь спустя несколько минут. Только развороченная кровать и пустая бутылка на столе напоминала о том, что здесь вчера произошло. Гермиона быстро натянула мантию и выскочила за дверь, натолкнувшись на кого-то, кого именно, она так и не поняла.
Девушка пронеслась по коридору, уже не обращая внимания ни на звуки, издаваемые ей, ни на кого другого. Где-то совсем рядом пролетел Пивз, которого девушка, кстати, чуть не сбила. Пораженный полтергейст просвистел что-то себе под нос, и понесся дальше.
Гермиона забежала в гостиную и, скинув с себя мантию, прижалась к стене и, счастливо закатив глаза, сползла на пол. Только спустя несколько минут она заметила, что из кресла на нее смотрит Рон. Счастливая девушка даже не обратила внимание на то, с каким немым укором на нее смотрит друг. Герм подбежала к Рону и, радостно чмокнув его в щеку, унеслась в женскую спальню. Рон сплюнул под ноги и откинулся на спинку. Черти что!

* * *

Трое друзей спокойно шли к Большому залу. Хотя, Гермиону спокойной назвать было трудно. Она все время улыбалась и была как-то непривычно рассеянной, Рон же, наоборот, был очень напряжен, особенно злобно он поглядывал на стол Слизерина и, к удивлению Гарри, на саму Гермиону. Поттер, конечно, уже прекрасно знал, что Герм не ночевала сегодня у себя, но то, что рыжеволосый парень всю ночь просидел в гостиной, ожидая подругу, немало удивило даже Гарри. Неразлучная троица прошествовала в зал и села на обычные места, за исключением того, что Рон отсел чуть дальше от Герм. Гарри очень сильно казалось, что весь завтрак Гермиона косилась на слизеринский стол.
Первым уроком было зельеварение. Гарри и Рон хором поморщились, выходя из Зала. Опять эти поганые слизеринцы! А ведь теперь даже с Герм не поделишься... Ребята подошли к снейповскому кабинету, где уже толпились студенты, с зелеными нашивками на мантиях. Драко Малфой почему-то не стоял со своими друзьями, ("Если, конечно, у таких людей, как Драко могут быть друзья!" - прошипел Рон) а прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди, и осматривал всех окружающих знаменитым надменным взглядом. Гарри еще раз скривился. Что такая интересная и привлекательная девушка, как Герм, могла найти в этом, извините, ублюдке? Но, любовь зла, и козлы этим пользуются!.. Гарри проследил взглядом за Малфоем-младшим. Ну, и что это за любовь? Он даже... Хотя, не успел Гарри подумать об этом, когда Драко как раз заметил Герм. Надменная усмешка моментально сошла с его лица, уступив место какому-то доселе никем (кроме Герм) не виданному от Драко выражению, нежности, что ли? Герм на смогла скрыть улыбку и, естественно, это не ускользнуло от внимательных взглядов слизеринцев, пораженно заткнувшись, переводившись взгляд с их "лидера" на "поганую грязнокровку" и абсолютно не понимая, что общего может быть между ними. Драко медленно отошел от стены, и приблизился к Герм. Сердце девушки заколотилось с бешенной скоростью, готовое вырваться из груди в любой момент. Все окружающие с нескрываемым удивлением наблюдали за тем, как парень подошел к девушке и, шепнув ей на ухо "на уроке меня не будет, встретимся после в запретной секции" так, чтобы никто больше этого не услышал, пошел прочь. Конечно, нетрудно догадаться, что хоть один обязательно должен отпустить какую-нибудь дурацкую шуточку, но в присутствии Драко никто не посмел этого сделать. Как только белокурая голова Малфоя скрылась за поворотом, по коридору пронеслась громогласная волна шепота и возгласов. Все взгляды были устремлены на Герм.
Маркус Флинт сделал шаг вперед.

Часть вторая

"Будь благословен этот час
Когда смерть венчает нас..."
Notre-Dame-de-Paris русская версия

Гермиона же, наоборот, чуть отступила. Его злобный взгляд не предвещал ничего хорошего. На его губах мелькнула противная усмешка, немного оголив кривые зубы. Спустя мгновение он оказался напротив Герм на расстоянии вытянутой руки, если быть точной, вытянутой руки с волшебной палочкой, которая упиралась в грудь девушке. Все, стоявшие в коридоре, разделились на две группы. Одна, с красными нашивками на мантиях, стояла позади Гермионы, гордо глядя на слизеринцев и медленно ища за полами мантий палочки, другая, с зелеными нашивками, топчась за спиной Флинта, уже во всю приготовилась к нападению, даже не соизволяя дать противнику вооружиться. Гарри и Рон в мгновение ока выхватили палочки и наставили на Флинта. Маркус вновь усмехнулся, и, опустив палочку, толкнул Гермиону назад с такой силой, что если бы Рон не поддержал ее, та точно упала бы.
- Я не знаю, что ты сделала с Драко, но если ты сейчас же не снимешь свое заклинание, или что там это было, всем вам, поганые гриффиндорцы, не поздоровится!
Теперь в руках защитников Герм так же замелькали палочки. Никто из них, за исключением Гарри и Рона, не понимал, что может связывать Герм с Малфоем, но отстаивать честь своего факультета они готовы были до конца.
- Такой, как Драко, никогда не влюбился бы в такую, как ты, грязнокровка! - Маркус сделал паузу, наслаждаясь полученным эффектом. - Неужели ты поверила?
Гарри и Рон покосились на подругу, но на ее лице не отразилось абсолютно никаких эмоций. Даже более того, девушка вдруг... улыбнулась.
- Знаешь что, Флинт? Не знаю, как вы, а я уже сыта по горло этой межфакультетской войной! Может, наконец заключим перемирие?
Палочки гриффндорцев как по команде опустились. От природы благородные ребята никогда на стали бы отвечать нападением на предложение мира и того же ждали от остальных. Естественно, они ошиблись. Минуту в коридоре стояла гробовая тишина, такая, что было даже слышно, как где-то далеко завывает Пивз, после чего слизеринцы разразились громогласным хохотом.
- Чтобы МЫ заключали мир с ВАМИ? Вот насмешила! Ты посмотрись в зеркало, грязнокровка!.. - из палочки Флинта вылетел заряд, пролетев с миллиметре от Герм, ударил с стоявшего за нею Симуса. Взгляд мальчика остекленел и он вдруг САМ со всей силой ударился головой о стену.
Слизеринцы загоготали, видя, как несколько обмякшее тело парня сползает по стене на пол. Заклятие подвластия. Трудно не узнать.
Палочки гриффиндорцев вновь взметнулись вверх, и на концах многих из них запылали разноцветные заклятия. На этот раз слизеринцы зашли слишком далеко! Гарри и Рон оттеснили шокированную Герм назад. Гарри примерно представлял, что сейчас будет, но даже он не ожидал подобного поворота... Со всех сторон слышались возгласы "грязнокровка", а палочка Флинта теперь была нацелена точно на Герм.
Рон сделал шаг вперед. Его лицо исказилось от неподдельной ярости, но палочка в руке не дрогнула ни на секунду. Парен прошептал что-то, и в следующий момент Флинт упал на землю, скрючившись от боли. Сзади раздался еще один хлопок. Невилл Лонгботтом грохнулся в обморок. Его родители, травмированные после заклятия Круцио, примененного сейчас Роном, в данный момент лежали в волшебной лечебнице, даже не понимая, где они находятся. Флинт мучился недолго, спустя мгновение Рон опустил палочку. Маркус приподнялся, и, держась за горло, с ненавистью взглянул на рыжеволосого парня. Рон опять поднял палочку, когда ладонь Герм мягко опустила его руку. Рон посмотрел на нее, и, как еще недавно Драко, не смог злится, глядя в ее глаза. Наблюдая за этой "умильной" сценой никто даже не заметил, что Флинт, уже немного оправившись, целится в Рона из палочки, на конце которой замигал зеленый огонек.
- Рон, не стоит, - мягко проговорила девушка.
- Знаю, что не стоит, - согласился Рон, повернувшись к Герм, и в следующий момент произошло то, от чего кровь замерла в жилах даже у слизеринцев.
Гермиона даже не поняла, что произошло. Глаза Рона вдруг раскрылись, а губы затряслись. Из-за его спины тонкими лучами струился зеленый свет, непонятным образом обжигающий глаза. Никто еще не успел ничего понять, когда парень медленно опустился на колени. У Гарри на мгновение вспыхнул шрам, и он тут же все понял, возможно, лишь на мгновение раньше, чем остальные. Рон упал навзничь перед ногами у Герм, а на его лице, как когда-то, в эру правления Волдеморта на лицах тысяч людей, застыло выражение ужаса. Он был мертв. Руки Гарри затряслись, наверное, из-за этого он нащупал палочку на секунду позже Гермионы. Даже противная улыбочка не успела сойти с лица капитана команды Слизерина по квиддичу, когда вторая зеленая вспышка озарила коридор Хогвартса, и Маркус упал невдалеке от Рона. Зеленые огни на палочках Флинта и Гермионы потухли одновременно. Гарри и Гермиона стояли как громом пораженные напротив безжизненного тела их друга. Они не слышали ни криков студентов обоих факультетов, ни выстрелов заклятий, пролетающих мимо, ни возгласов МакГонагалл, ни громогласного голоса профессора Дамблдора. Они даже не заметили, когда их за шиворот (так как они не реагировали на просьбы и приказания) отволокли к кабинету директора. Когда тело Рона осталось за поворотом, глаза Герм резко защипало с такой силой, что девушке пришлось закрыть их. С того момента, когда труп Флинта коснулся земли, она не отпускала руки Гарри. Теперь ее потеплевшая ладошка опять обдалась прохладным воздухом. Девушка как будто осталась без защиты, без последней защиты, которая ей оставалась. В голове девушки что-то щелкнуло, и перед глазами поплыли разноцветные круги, образуя в затуманенном сознании девушки то образ Рона, то Драко. Но еще спустя мгновение из ее головы вообще исчезли какие-либо мысли. Вязкая, тягучая тьма обволакивала ее со всех сторон. В ушах зазвенело, и девушка отключилась.
* * *
Гарри никак не мог поверить в то, что произошло. Когда это было? То ли пять минут, то ли целый день назад. Мальчик никак не мог поверить, что Рона больше нет. И из-за чего? Из-за этого гребанного слизеринца!! Больше всего парню хотелось вернуться, и вонзить в тело Флинта еще тысячи, миллионы смертельных заклятий! Рон умер. Умер так же, как его родители. Еще один дорогой ему человек погиб точно так же... Когда он очнулся, то уже лежал в кабинете Дамблдора. Один.
* * *
Гермиона точно не знала, через сколько она, наконец, пришла в себя. Из окна выглядывало солнышко, весело подмигивая девушке. Она лежала, кажется, в больничном крыле, со всех сторон отгороженная ширмами. Где-то совсем близко слышались голоса. Девушка не могла точно определить, чьи, но она явно знала их обладателей. Она попробовала напрячь слух, но мозги отказывались подчиняться. И вдруг ее как будто обухом по голове стукнуло. Перед глазами со скоростью света пролетели события последнего дня. В глазах опять нестерпимо защипало, а к горлу подступил такой огромный ком, что стало трудно дышать. Неужели, Рона больше нет? И где, черт возьми, носит Гарри? Нескончаемый поток слез хлынул из ее глаз. Прошло не меньше получаса прежде, чем девушка перестала захлебываться в слезах, а ее мысли стали медленно проясняться. Гермионе вдруг нестерпимо захотелось к Драко. Обнять его, прижаться, поплакаться ему, в конце концов. Он, конечно же, поймет ее! И даже неважно, что он терпеть не может... то есть, не мог... Рона! Гермиона все же узнала эти голоса. Там, за ширмой, разговаривали профессор Дамблдор. Мисс Помфри и... последний голос она узнала не сразу, но надменные нотки выдали-таки своего хозяина. Это был Лициус Малфой.
- Альбус, она убила человека. Я, как глава попечительского совета, не могу оставить детей рядом с ней. В конце концов, здесь учится мой сын, - холодный голос Люциуса Малфоя не дрогнул ни не мгновения.
- Я все понимаю, но это происходило в состоянии аффекта, - Герм так и видела, как директор качает головой, а в его бороде искрятся солнечные зайчики.
- Ее надо срочно изолировать от остальных детей. Даже не могу представить, какой потерей для всех обернулась потеря Рональда Уизли, - в голосе Малфоя вдруг промелькнула едва заметная ухмылка.
- Ее нельзя сейчас уводить из замка, у нее сильнейший шок! - всегда добрый, немного ворчливый голос мадам Помфри сейчас был гораздо резче, нежели обычно.
Гермиона расслышала, как чуть слышно скрипнула дверь. Ширма справа от девушки чуть отъехала. Еще мгновение, и рядом с ней из-под мантии-невидимки вышел Гарри. Герм бросилась к нему на шею. Ей сейчас гораздо больше хотелось быть с Драко, но с Гарри она, по крайней мере, могла ни от кого не скрываться. Она еще всхлипывала когда вновь послышался голос Малфоя-старшего.
- Это возмутительно, Дамблдор! Ее завтра же не будет в школе, иначе я добьюсь того, что вас снимут с поста! И уверяю вас, на документе будут все 12 подписей!
- Вы уже грозились мне увольнением, Люциус. Как видите, я все еще являюсь директором Хогвартс!
Дверь хлопнула вновь. На этот раз действительно было похоже, что кто-то вышел. Гарри выглянул. В помещении было пусто, но так продолжалось недолго. Гарри и Герм не успели обменяться и парой слов, когда в палату с неимоверной скоростью ворвался никто иной, как Драко Малфой! Лицо его было очень бледным, а голубые глаза метели молнии, но в то же время он был очень взволнован. Одно движение палочки, и ширма отлетела. Драко подбежал к Герм, едва не упав на колени перед ее кроватью.
- Ты в порядке?
- Нет!.. - Герм склонила голову на его плечо. Плакать она не могла, но в его объятьях как будто становилось легче.
Гарри стоял рядом еще минут пять, а потом все же решил удалиться. Ему самому было очень тяжело, но он все же понимал, что Герм нельзя оставлять одну. С тех пор, как она потеряла сознание, прошло чуть больше суток. Еще вчера Гарри ни за что не оставил бы ее наедине с Драко в такой момент, но за этот день, прошедший с моменты смерти его лучшего друга, он многое понял. За это время Малфой-младший успел переругаться со всеми слизеринцами, мечтавшими угробить Герм, накричать на Снейпа и ПОСЛАТЬ своего отца, когда тот заявил, что Гермионе место в Азкабане. Он не находил себе места. В гостиную Слизерина он вернулся лишь поздней ночью, когда мадам Помфри отогнала их с Гарри от дверей больничного крыла. Сейчас Гарри хотелось только одного, побыть с Чжоу. Благо, в последнее время их отношения складывались вполне удачно. Чанг понимала, как ему тяжело после потери друга, и поэтому относилась к нему гораздо лучше, видя его стойкость. Как говориться, не было бы счастья, да несчастье помогло. Гарри горько усмехнулся, подавив в себе желание плакать, и не очень бодрой походкой направился к гостиной Когтеврана.
* * *
Гермиона жевала нестерпимо жесткие кексы Хагрида, роняя крошки на страницы толстого учебника по трансфигурации. Она жила, а точнее существовала здесь, уже две недели. Из Хогвартса ее исключили, но палочку не отняли, скорее всего, благодаря Дамблдору. Гарри приходил к ней каждый день. Малфой появлялся реже, зато передавал через Поттера письма, которые сейчас стопочкой лежали в столе. Жить у Хагрида оказалось вполне сносно, хотя долго так продолжаться не могло: слишком часто сюда заявлялись разные люди. К тому же девушка делала все задания, и даже лелеяла надежду, что ее могут допустить к экзаменам в конце года.
* * *
Драко ходил взад и вперед по гостиной Слизерина. За последнее время его авторитет почти восстановился, по большей части из-за того, что все списали его вспыльчивость на смерть Маркуса. Ходить к Герм у него не было ни малейшей возможности, а переписки ему уже давно стало мало. Ему очень ее не хватало. Еще как назло, Люциус стал заявляться в школу каждый день. Он-то, конечно, заметил за сыном что-то неладное, и теперь контролировал его. Со следующего года Драко переведут в Дурмстранг. И с этим он ничего не мог поделать. А конец приближался, и приближался с неумолимой скоростью!
Для всего волшебного мира наступили черные дни. Лорд Волдеморт восстанавливал свое могущество, и теперь даже над Хогвартсом сгущались черные как смоль тучи. В Запретном лесу не раз были пойманы шпионы, похоже, границы школы больше не являлись препятствием для Темного Лорда. До экзаменов оставался всего день. В школе царило необычайное оживление. В эту ночь произошел обстрел замка. Предполагалось, что сразу после экзаменов все студенты будут вывезены.
Гарри сидел в гостиной, когда туда ворвался взбудораженный Ли. Волосы парня разметались во все стороны, и непонятно было, то ли он чем-то обрадован, то ли просто ошарашен.
- Гарри, у меня две, нет, даже четыре новости!! Две хорошие и две плохие! С чего начать?
- С хорошей.
- Нет, я начну с самой плохой, а то будет непонятно. Ты же знаешь, что вчера был обстрел заклятиями? - Гарри кивнул. - Существует подозрение, что вскоре будет повторное.
Гарри пожал плечами. Не то, что бы ему было все равно, просто он, как и все в Хогвартсе, понимал, что этим нападением дело не закончится. Темными силами были взяты многие рубежи, и они не могли пропустить школу, тем более, что там был Дамблдор.
- Теперь хорошая, экзаменов не будет! И просто ужасная! Школу закрывают!
Гарри поперхнулся. Как закрывают?!
- Да, - кивнул Ли. - Послезавтра все трангрессируют по домам, здесь становится слишком опасно...
Гарри сидел, как громом пораженный. Хогвартс закрывают! Это значит, что он вернется к Дурслям... Это значит, что он больше не увидит Герм, это значит, что все с начала... Словно сквозь пелену в его голове отдаленно послышался голос Ли.
- Ну, и еще одна хорошая: Драко Малфой НАВСЕГДА уходит из нашей жизни!
- В смысле?
- Ну, его отца уже не раз видели среди Пожирателей... В общем, его выдадут им, пусть катится, правда, Гарри? Его уже сейчас выводят...
Но Гарри уже не слушал. Он со всех ног мчался по коридору, оставив обалдевшего Ли в гостиной. Надо же срочно сказать Герм!
* * *
Гермиона сидела на унитазе и листала учебник. И что это Люциусу Малфою понадобилось у Хагрида? Малфой-старший теперь стал официальным представителем Лорда Волдеморта в Хогвартсе. Жалкий предатель! Хотя, для Герм, равно, как и для Гарри, это не было неожиданностью. В туалете Плаксы Миртл, на самом деле, было еще неуютнее, чем в хижине лесничего. Эта девчонка все время ревела, и наводила не девушку нестерпимую тоску. Уже около десяти минут она просто листала страницы, даже не помня, что ищет. Она думала о Драко. Они так давно не виделись! Дверь распахнулась, и Герм вскочила с унитаза, уронив книгу на кафельный пол. Сердце бешено колотилось где-то в горле. А вдруг это ОН? Но это был Гарри. Всего лишь Гарри. Герм, как могла, попыталась скрыть разочарование, и натянуто улыбнулся. Мальчик явно был чем-то взволнован.
- Герм, Хогвартс закрывают! Надо как-то вывести тебя... И еще, Малфой сегодня уезжает...
Глаза Гермионы округлились, и теперь занимали пол лица. Куда он уезжает? Зачем? Слова замерли в горле, не желая формироваться в звуки.
- Где он? - смогла только прошептать девушка.
- Не знаю, - Гарри пожал плечами. - Наверное, уже на улице.
Гермиона ринулась к двери, и Гарри едва успел схватить ее за руку. Девушка с силой рванула в сторону. Раздался треск, и в руках мальчика остался черный лоскут мантии.
Не помня себя, девушка неслась по коридору, сбивая с ног студентов младших курсов. Она подбежала и с силой толкнула тяжелую дверь. Перед ней предстала самая ужасная картина, которую она только могла себе представить. Со стороны Запретного леса приближалась черная волна Пожирателей, а над их головами парила ужасная Черная Метка. Но взгляд девушки был прикован к краю лестницы. Там лежал Драко. Он не дышал и вообще не подавал никаких признаков жизни. Девушка не совсем различала, куда она бежит, так как слезы заволокли ее глаза. Она упала на колени перед парнем и опустила голову на его грудь...
* * *
Драко уже давно знал, что его увезут из школы. В Хогвартсе становилось слишком опасно, обстановка в рядах Пожирателей очень накалилась. Но он не бросил бы Герм. Ее знаний и его сбережений вполне хватит на жизнь какое-то время, а потом, будь что будет, главное, что они будут вместе. План был предельно прост: претвориться мертвым. Создать зелье для этого не составляло особого труда (благодаря хорошим отношениям с профессором зельеварения). Просто он оставит палочку где-нибудь, запрограммирует ее, чтобы в определенное время выпустила в него заклятие с зельем. Все решат, что его кто-то убил. Оставалось только сделать так, чтобы Герм не узнала о его "смерти" раньше, чем он очнется. Но и это было предусмотрено. Драко знал, что она в хижине Хагрида. Осталось только намекнуть отцу, что у лесничего что-то нечисто и вуаля - передать сообщение Герм никто не сможет. К тому времени, когда Лициус уйдет от Хагрида, Герм уже получит его послание с объяснением. Естественно, Люциус заберет "тело" сына и похоронит в фамильном склепе Малфоев. А там все просто: проснуться, встретиться с Герм и уехать отсюда к чертовой матери! Все было схвачено. Драко не рассчитал только одного: что Гермиона не будет сидеть на месте!..
* * *
Сквозь ряды Пожирателей протолкнулась высокая фигура. Это был Люциус Малфой. Лицо его побледнело еще больше обычно, а голубые как ледышки глаза сверкали холодным стальным блеском. Его палочка взметнулась вверх, когда на его плечо легла тяжелая рука. Длинные пальцы сжали плечо Малфоя. Это был сам Лорд Тьмы, сам Лорд Волдеморт!
- Люциус, мы отомстим за твоего сына, и эта грязнокровка будет первой.
Теперь уже палочка Темного Лорда поднялась выше и направилась в сторону девушки.
За ее спиной в замке готовили ответный удар. Гермиона не замечала ничего вокруг себя. Внутри была невероятная пустота. Такого она не чувствовала даже после смерти Рона. Жить совсем не хотелось. Даже наоборот, хотелось заснуть навсегда и ничего не чувствовать. Герм подняла на Волдеморта заплаканные ничего не выражающие глаза. Ей было все равно, теперь все равно. Воздух со свистом прорезал яркий зеленый луч и ударил прямо в грудь девушки. Ее глаза даже не расширились, она не была напугана смертью. Она просто упала рядом с Драко, и ее веки медленно сомкнулись. Навсегда.
Веки же Драко наоборот, задрожали. Он приоткрыл глаза и сразу не понял, что произошло. Рядом с ним лежала Герм, со стороны леса надвигалась огромная темная армия Лорда Волдеморта. Двери Хогвартса распахнулись. Там были все учителя с палочками на изготовке, а во главе стояли Альбус Дамблдор и Гарри Поттер. Серебряная борода директора переливалась на солнце. Его взгляд одновременно с Гарри, скользнул по телу Гермионы, и в голубых глазах за очками-половинками взметнулись молнии.
Началась битва. Самая страшная битва, которую только помнил волшебный мир или мир маглов. С Хогвартса уже снял всякую защиту, и туда постоянно аппарировали работники министерства. Погибшие уже исчислялись тысячами, сотнями тысяч. Вдруг над самым полем битвы возник золотой купол. Он парил в небе, пока не повис над Драко, все так же лежавшего на лестнице перед Хогвартсом и ничего не понимающего. В этом куполе были Волдеморт и Гарри Поттер, палочки которых связывала золотая нить. Драко так ничего и не понял, но из палочки Темного Лорда вдруг вылетела какая-то тень. Это была Гермиона. Точнее, ее дух. Она что-то шептала на ухо Гарри, а потом... Потом она заметила Драко. Она подлетела к краю золотого купола и прильнула к нему руками. Драко не мог ее слышать, но он по губам понял, что она сказала. "Я люблю тебя". Из палочки Волдеморта продолжали вылетать духи и тени, и Гермиона вместе с ними кружилась вокруг двух вечных противников - Гарри Поттера и Тома Реддла. Драко перевел взгляд на тело Герм. Нет...
Рядом с ним возник Дамблдор. Он с легкостью, не свойственной такому древнему старику подхватил обоих и аппарировал. Они оказались на заднем дворе школы, где звуки ужасающей битвы слышались лишь отдаленно.
- Все скоро закончится, поверь мне, - проговорил директор и дезаппарировал.
Драко знал, что он прав. Для него и так все было уже кончено. Он провел рукой по волосам девушки и поцеловал остывающие губы. Как он ненавидел себя в тот момент! Слегка порванная мантия сползла с мраморного плеча, и Малфой потянул ткань. Из внутреннего кармана робы выкатился какой-то флакон. Драко не сразу, но все же узнал его. Фулиос Кадавра - смертельный яд. Они составляли его на уроке в предверии новых нападений. Он поднял флакон с земли и открыл. Что ж, они все равно будут вместе. Драко одним глотком опустошил сосуд. Яд действует не сразу, придется подождать... Пальцы разжались, и флакон покатился по земле. Уже затуманенным взором Драко в последний раз взглянул на Герм, после чего его голове опустилась на ее плечо.
С передней стороны замка раздался громкий взрыв. Яркая вспышка свете озарило все вокруг в радиусе 5-6 километров. Малфой не слышал и не видел этого. Он уже был мертв.

* * *

Тот день стал переломным в истории магии. Лорд Волдеморт был побежден. Конечно, побежден великим Гарри Поттером, которому в последствии будет посвящено немало страниц в "Истории Магии. Автор: Джинни Уизли". Сам Гарри после этой битвы был награжден орденом Мерлина первой степени. Посмертно. Он похоронен на Теврилианском кладбище, в Годриковой Лощине.
Школу не закрыли, и Альбус Дамблдор по сей день остается ее директором. Только какая-то затаенная грусть залегла в глубине его когда-то веселых глаз, а все лицо изрезали старческие морщины.
Люциус Малфой (равно как и все оставшиеся в живых Пожиратели) был посажен в Азкабан. Он умер через год после этой битвы.
Его жена, Нарцисса Малфой, сейчас живет в мире маглов под именем Рози Люпин-Малфой, по фамилии второго мужа.
Фред и Джордж Уизли в этом году были названы журналом Ведьмин Ежедневник "самыми завидными женихами волшебного мира".
Виктор Крам, все же выживший после трагических событий, сделал блестящую карьеру в квиддиче. Холост.
Рональд Уизли посмертно получил орден Мерлина третьей степени.
Перси Уизли - нынешний министр магии.
Артур и Молли Уизли. Умерли от старости в один день.
Невилл Лонгботтом - преподаватель гербологии в Хогвартсе.
Ли Джордан - самый высокооплачиваемый спортивный комментатор.
Чжоу Чанг сыграла несколько эпизодических ролей в документальном фильме "Гарри Поттер - маг-легенда" и снялась во многих рекламных роликах. Замужем, имеет троих детей.
Сиверус Снейп получил орден за отвагу за работу под прикрытием в рядах Пожирателей. Женат на профессоре предсказаний Синистре. Имеет дочь. По сей день припадает в Хогвартсе.
Сириус Блек был пойман магловской полицией и сейчас отбывает срок в одной из магловских тюрем.
Гермиона Грейнджер и Драко Малфой похоронены рядом на магловском кладбище...
10. 12. 2008


"Событий не было печальней и в Вероне,
Чем поветь о Драко и Гермионе..."


 

Фотогалерея