Предательство. Глава 15. "Исключение из правил"

Глава 15.

"Исключение из правил"

Здесь никогда не было ощущения времени, прошлое сливалось с настоящим, также незаметно перетекая в будущее, и так час за часом, день за днем. Было даже трудно понять, какое время суток за пределами Азбаканской тюрьмы, вечные сумерки проклятия опускались на здание, навсегда закрывая солнце от его обитателей. Тоска и печаль, царившие в атмосфере, медленно перебирались в души осужденных за преступления волшебников, и они, рано или поздно, потихоньку сходили с ума, лишаясь возможности радоваться и теряя хорошие воспоминания - церберы Азбаканской тюрьмы, дементоры, постепенно высасывали из них эти последние чувства, превращая колдунов в бессмысленных, глупых и равнодушных ко всему существ. Здесь же они и умирали, в конечном счете переставая обращать внимания даже на самих себя, забывая принимать пищу и выполнять маломальский уход за собой. Отсюда было практически невозможно убежать, история волшебного мира насчитывала таких эпизодов не более десятка, поэтому захлопнувшиеся за колдуном двери почти навсегда убивали надежду выйти из здания. Но даже тем немногим счастливчикам, сумевшим по той или иной причине покинуть Азбакан, на всю жизнь запоминался запах смерти и отчаяния, навечно поселившийся в стенах тюрьмы, им еще долго снились кошмары, как дементоры, точно смакуя каждый глоток, медленно высасывают из волшебников жизнь.
Драко медленно оглядел сводчатый потолок своей маленькой адмантиновой камеры - прошли почти сутки после того, как авроры поместили бледного юношу с серебристыми волосами в эту комнату, а он все еще не мог понять причины, по которой здесь очутился. Там, на квиддичном поле, Драко не слушал Хмури, победоносно зачитывающего обвинения в преступлениях против волшебного мира, глаза Малфоя-младшего были прикованы только к Гарри, прячущего взгляд в пробивающейся из земли траве и нервно теребящего края своей спортивной формы. И потом, когда мрачные авроры готовили его к аппарации в Министерство, в голове Драко была только одна картина - как Поттер отвернулся от него. Он не слышал криков Джинни, не чувствовал ее прикосновений, словно находясь в каком-то забытье, не мог понять, о чем так яростно спорят Хмури и профессор Снейп, и почему несколько сотрудников Секретного отдела с угрожающим видом наставили на того свои волшебные палочки, готовые атаковать по первому требованию. Все смешалось и расплылось в воспоминаниях юноши, и только резкие очертания лица его названного брата убеждали Драко в ужасной реальности происходящих событий.
Юноша сидел на небольшой кровати и молча теребил ноющие от адмантиновых наручников запястья - перестраховавшиеся авроры не стали снимать их с рук Драко, хотя в этом не было никакой необходимости, поскольку покрытие камеры не позволяло применять волшебство. Малфой горько усмехнулся: как он мог не почувствовать резкое изменение поведения своего брата еще с утра? Даже невооруженным взглядом было заметно, как тот нервничает и посматривает на Драко с большим недоверием, словно подозревая его в чем-то. Разве юноше не был знаком тот отчаянный взгляд Гарри, когда недоверие терзало душу Поттера, превращая того в маленького, загнанного в угол Мальчика-Который-Выжил? Почему Драко не нашел в себе смелости заглянуть в его глаза и развеять сомнения и страх, буквально переполнявших взгляд брата?.. Ответ пришел из глубины сознания - Рон Уизли. Именно из-за него Драко и промолчал, не найдя ничего лучшего, как скрыть свои переживания за маской ледяного презрения и холодной иронии. Сколько раз он надевал ее, чтобы не показывать душевную боль, раз за разом не находя в себе силы выяснить тот или иной вопрос?
Тихо скрипнула адмантиновая дверь, и в камеру вошел Шизоглаз Хмури, держа в руке какой-то пергамент с гербовой печатью. Он бесцеремонно сел на стул и мрачным взглядом окинул заключенного:
- Как я погляжу, ваша природная спесь немного сошла с лица, - Аластор с презрением уставился на Драко. - Не желаете что-нибудь рассказать, молодой человек?
- Я не принимаю посетителей, - буркнул Малфой. - Автографов тоже не раздаю.
- Как забавно, вы, наверное, находите это очень смешным, мистер Малфой, - Хмури скривился в усмешке. - Ваш покойный папаша тоже пытался шутить с правосудием, и чем это закончилось?
- Дайте подумать, - Драко театрально закатил глаза и надул губы. - Мой отец лопнул со смеху, видя перед собой напыщенное лицо сошедшего с ума аврора? Нет? Тогда, наверное, Люциуса стошнило на дементоров, которые пытались присосаться к его мерзкой душонке? Опять не угадал?
- Жаль, что Артур Уизли не позволил приставить дементоров к твоей камере, - покачал головой Аластор. - Это поубавило бы твой пыл и заставило бы почтительней относиться к колдунам, в руках которых твоя никчемная жизнь.
- Боюсь, их бы расплющило от моих холодных мыслей и воспоминаний, - Драко зацокал языком. - Бедные дементоры лопнули бы от зависти, я лишил их самого приятного - запечатлеть поцелуйчик, когда с Поттером самостоятельно уничтожили моего, как вы говорите, папашу.
- Да уж, страсть к убийству, молодой человек, у вас в крови, - Хмури мрачно посмотрел на Драко, - Но в Азбакане ваша болезнь поддается неплохому лечению, мистер Малфой. Через несколько месяцев, после приговора суда, а я не сомневаюсь, что он будет обвинительным, самое большее, о чем вы будете мечтать, это - маленькая навозная мушка, случайно залетевшая в вашу камеру. Она скрасит ваше существование - день и ночь вы будете носиться по камере в надежде оторвать ей крылышки.
- Я вас огорчу, уважаемый аврор, - Драко рассмеялся тому в лицо. - Не пройдет и недели, как я выйду отсюда и потрачу все свои деньги на единственную цель - избавить волшебный мир от такого безумного старика. Буду следить день и ночь, выискивая малейший повод для отстранения вас от работы, и, как мне кажется, случится это очень и очень скоро.
- Очень сомневаюсь в этом, - презрительно парировал Хмури и развернул пергамент. - Здесь подробно описана суть предъявленных вам обвинений. Поскольку вы отказываетесь от услуг юридических консультантов Министерства, потрудитесь ознакомиться с этой бумагой самостоятельно. Может, тогда поймете, что шутки здесь неуместны.
С этими словами Хмури бросил Драко пергамент и вышел из камеры, оставляя юношу в рассеянном состоянии. Малфой до этого момента не воспринимал происходящее как реальность, ему казалось, что это чья-то недобрая шутка, которая должна рано или поздно закончиться. Драко развернул бумагу, и строчки, написанные аккуратным почерком министерского чиновника, стали расплываться у него в глазах:

"Министерство Волшебства и Магии против Драко Малфоя. Предъявленные обвинения:
Драко Малфой подозревается в краже экземпляра книги мертвых, хранящегося в Министерском хранилище, совершенной … числа… месяца этого года.
Драко Малфой подозревается в применении черных заклятий вышеуказанной книги, следствием чего в маггловом мире появилось несколько зомбированных неволшебников, а также реинкарнированное животное.
Драко Малфой подозревается в организации нападения на кафе-бар "Дырявый котел", повлекшее смерть нескольких колдунов.
Драко Малфой подозревается в соучастии в убийстве Норманна Гарта, одного из ключевых свидетелей обвинения.
Драко Малфой подозревается в организации спланированного нападения на волшебный мир с целью возможного переворота и захвате власти над ним…"

***

- Гарри, просыпайся, - Рон аккуратно тряс Поттера за плечо. - Чарли уже ждет нас.
Гарри с трудом разлепил веки - всю ночь он провел в какой-то тяжелой полудремоте, просчитывая варианты предстоящего разговора с братом. Захочет ли тот увидеть и выслушать его после вчерашних событий в Хогвардсе?
- Поторопись, Гарри, - отчаянно прошептал Рон. - Джинни и Гермиона уже спустились в холл.
- Джинни тоже поедет? - Гарри проглотил ком, застрявший у него в горле.
- Да, хотя мы с Гермионой отговаривали ее, как только могли, - Уизли опустил взгляд. - Но она и слышать ничего не хочет.
Гарри стал рассеянно одеваться, пытаясь представить выражение лица Джинни, когда они встретятся внизу. Она не искала с ним встреч, не пыталась высказать каких-либо обвинений в его адрес и адрес Рона, но Поттер чувствовал ту ненависть, которая сочилась из глаз сестры Уизли - и это было еще одно испытание для его растерзанного в клочья сознания.
- Гарри, ты знаешь, будет лучше, если вы не станете задавать друг другу никаких вопросов, - осторожно сказал Рон, открывая дверь из спальни и тихонько спускаясь с Поттером в холл. - По крайней мере, сейчас.
Гарри кивнул и бросил осторожный взгляд на Джинни, отчаянно прижавшуюся к расстроенной Гермионе - судя по ее лицу, она провела всю ночь в слезах.
- Если все готовы, может, мы уже отправимся путь? - тихо спросил Рон, стараясь не смотреть никому в глаза. - Дамблдор просил не опаздывать, поскольку Чарли необходимо вернуться к обеду в Хогвардс.
Все четверо молча выскользнули из Гриффиндорской башни, стараясь не будить еще не проснувшийся замок и его обитателей - одна лишь Толстая Тетя заспанным голосом пожелала им удачи в нелегком путешествии, поскольку циркулирующие в школе слухи добрались и до ее ушей.
- Ребята, давайте, поторапливайтесь, - Чарли смотрел на подростков невидящим взглядом. - Нас уже ждут представители Министерства, чтобы сопровождать в Азбакан.
Никто не проронил ни слова, пока не запряженная никем карета катилась в направлении волшебной железнодорожной станции Хогвардса, Гермиона и Рон смотрели на проплывающий за окнами унылый пейзаж, Гарри и Джинни закрыли глаза, словно молились про себя. Прибыв на платформу, Чарли отвел в сторону угрюмых Авроров и стал что-то шептать им, бросая осторожные взгляды на поеживающихся от зябкого ветерка подростков - до Гарри донеслась только одна фраза "так просил Дамблдор". Те молча кивнули и зашли в вагон, всем своим видом показывая, чтобы остальные следовали за ними.
- Я, Гермиона, Рон и авроры поедем в соседнем купе, - покачал головой Чарли, когда Поттер в изнеможении опустился рядом с Уизли. - Вам необходимо поговорить и лучше это сделать без посторонних ушей.
"Так просил Дамблдор" - Гарри чуть усмехнулся про себя. И, хотя перспектива ехать рядом с Джинни его абсолютно не вдохновляла, как, судя по всему и ее, он пересел в другое купе и бессмысленным взглядом уставился в одну точку. Поезд тронулся и стал набирать скорость, почти беззвучно скользя по рельсам. Где-то рядом тихонько переговаривались колдуны, неторопливо рассуждая о составе национальной сборной по квиддичу, кто-то сетовал на погоду, поскольку зима все еще никак не хотела отдавать свои права весне, периодически напоминая о себе заморозками и небольшими метелями, но Гарри не вслушивался в разговор - все его мысли были прикованы к Драко и их предстоящей встрече. Поэтому его сердце бешено заколотилось, когда тихий шепот Джинни нарушил тишину, повисшую в их купе.
- Если с Драко что-нибудь случиться, я всю жизнь буду ненавидеть тебя, Поттер, - произнесла Уизли. - Я каждый день буду тебе напоминать, что ты сделал со своим братом, пока твоя совесть не уничтожит тебя самого.
- У тебя нет права осуждать меня, Джинни, - Гарри перевел свой взгляд на нее. - Вряд ли тебе известно то чувство, когда я понял, что мы с Роном наделали - это гораздо страшней твоей ненависти ко мне.
- Ты ошибаешься, - Джинни закрыла глаза и прижала руки к груди. - Это право дал мне Драко, когда сказал, что любит меня.
- Только одному Богу известно, Джинни, как я проклинаю себя за то, что не смог промолчать, поддавшись ежеминутной слабости, - покачал головой Гарри.
- Уже поздно, - тихо прошептала она. - Поздно раскаиваться в том, что из-за вас с Роном может пострадать невиновный человек. Будь проклят тот момент в жизни, когда я получила этот чертов хроноворот.
- Он неоднократно спасал наши жизни, - мягко перебил ее Гарри. - Благодаря нему мы сейчас живы.
- А Драко находится в Азбакане, - тихо добавила Джинни и заплакала.
Гарри хотелось броситься к ней и хорошенько встряхнуть, попытаться объяснить свое поведение, сказать слова, которые могут утешить заплаканную Джинни - он никогда бы осознанно не смог причинить боль ни ей, ни, тем более, брату, но сейчас это было бы бесполезно, поскольку Уизли была ослеплена своими чувствами к Драко. Гарри сжал губы и промолчал, разрываясь между своими мыслями и желаниями.
- Посмотри на меня, Джинни, - твердо потребовал он. - Я хочу, чтобы ты заглянула в мои глаза.
- Что я должна увидеть в них? - заплаканная девушка подняла взгляд на его лицо.
- Посмотри! - закричал он. - Неужели ты не видишь, что я никогда, слышишь, никогда не хотел причинить боль брату?
- Ты это сделал, Гарри, - губы Джинни дрожали.
- Мне все равно, ненавидишь ты меня или нет, - голос Поттера стал тихим и ровным. - Но, если ты любишь Драко, помоги мне исправить эту ошибку, помоги мне вытащить его из этой передряги. Пусть после этого ты и он будете всю жизнь ненавидеть меня, я приму любое ваше решение, но сейчас мне нужна твоя помощь. Твоя, Рона и всех остальных.
Гарри вскочил с места и, закрыв глаза, протянул свои руки к Джинни, ему было страшно, если она оттолкнет или бросит очередной упрек в его сторону. Он почти отчаялся услышать ответ и готов был броситься из купе, зажав руками раскалывающуюся голову, как вдруг почувствовал горячее дыхание Джинни около себя - она крепко прижалась к нему, пряча заплаканное лицо на его груди.
- Помоги ему, Гарри, пожалуйста, прошу тебя, помоги.

***

- Вы зря теряете время, уважаемый, - прорычал Снейп, бросая насмешливый взгляд на Аластора Хмури. - От нее вряд ли что удастся добиться.
Шизоглаз с отвращением отвернулся от молодой девушки, сидящей у него в кабинете - на все вопросы Хмури она лишь отрицательно качала головой, искренне возмущаясь своим непонятным задержанием.
- Скажите, хоть в чем меня подозревают, - требовала она.
- Деточка моя, вы только что убили одного из колдунов, - Хмури брезгливо посмотрел на юную леди. - И не хотите рассказывать нам, почему и зачем.
- Какая глупость, - фыркнула она. - Придумайте что-нибудь поинтереснее, пока мой адвокат не приехал, чтобы намылить вам голову.
- Кто приедет? - Аластор даже поперхнулся. - Адвокат?
- В маггловом мире, уважаемый Аластор, это защитник на обвинении, - усмехнулся Снейп. - Вам это должно быть хорошо знакомо - вы ведь поддерживаете связь с лондонской полицией.
Аластор злобно сжал губы. Убийство Норманна Гарта этой зомбированной девушкой-магглом не вносило ясность и в без того запутанное дело с похищением "НЕКРОНОМИКОНА", более того, оно лишало Министерство одного из главных свидетелей обвинения по делу Драко Малфоя - словно кто-то помогал тому заметать следы преступления. Авроры, прибывшие чуть раньше Снейпа, могли лишь констатировать смерть владельца магазинчика, и задержать подозреваемую, которая даже не предпринимала попытки улизнуть с места преступления. По внешнему виду было сразу понятно, что против нее применили заклятие зомбирования - тот же рассеянный взгляд и полная покорность своей судьбе. Если бы правила волшебного мира позволяли, Хмури незамедлительно отправил бы девушку в Азбакан, однако это противоречило бы закону - проклятие, примененное против магглов, освобождало последних от любой ответственности за совершенные преступления.
- Мы действительно теряем время, - Артур Уизли чуть нахмурил брови. - Еще не известно ни одно контрзаклятье, позволяющее вернуть память колдуну или магглу, находившемуся в зомбированном состоянии.
- Проклятье! - Аластор не скрывал своих эмоций. - Вы хотите сказать, что у Малфоя остался на свободе сообщник, помогающий претворять его планы в жизнь, а мы не можем заставить эту девчонку хотя бы описать его?
- Даже я бессилен вам помочь, - Снейп скривился в усмешке. - Мне не известно не только контрзаклятье, но и приблизительный состав зелья, позволяющий вернуть память зомбированному магглу. А вам не приходило в голову, что ваши сотрудники поймали не того колдуна, уважаемый аврор? Сдается мне, что мистер Малфой вряд ли догадывается, что у него на свободе есть сообщник.
- Послушайте! - голос девушки прервал зарождающийся конфликт. - Я не знаю, что здесь происходит, но уверена, что вам требуется скорая психиатрическая помощь - все эти разговоры о каких-то заклятиях и волшебстве подсказывают мне это.
- Согласен с вами, милая моя, - расхохотался Снейп. - Старому аврору давно пора обратиться к колдомедикам, но, боюсь, уже слишком поздно.
- Вы находитесь в Министерстве Волшебства и Магии, дорогуша, - Хмури чеканил каждое слово, словно пытался произвести на девушку впечатление. - Перед вами глава кабинета, Артур Уизли, профессор колдовских наук Северус Снейп, и, ваш покорный слуга, Аластор. Теперь вы довольны, представительница магглового мира?
Девушка пожала плечами, достала из кармана какую-то карточку и протянула ее Шизоглазу:

Анна Картунен,
психоаналитик частной клиники "Дайрон-Центр",
Тайм-сквер, 18.
Часы приема…

- Загляните ко мне на следующей неделе, - улыбнулась Анна. - Уверена, мы подберем для вас курс реабилитации.
Снейп и Уизли, не выдержав, расхохотались - за последние несколько часов это был единственный момент, когда они могли улыбнуться.
- Глупое маггловое создание, - зарычал Аластор и потянулся за волшебной палочкой, лежащей у него в кармане. - Привыкли смотреть не дальше своего носа.
- Дежа вю, - внезапно нахмурилась Анна. - Совершенно определенно, дежа вю.
- Что вам показалось знакомым? - удивленно спросил Снейп.
- Я где-то уже слышала эти слова, - неуверенно пробормотала Анна. - Причем, совершенно недавно - кто-то говорил, что нужно только внимательно присмотреться и.… Кажется, молодой человек в баре что-то шептал мне об этом.
- Вы можете его описать? - с надеждой спросил Артур.
- Я не могу вспомнить его внешность, хотя мне кажется, что смогла бы узнать этот голос, - сказала Анна.
- Это вряд ли нам поможет, - Хмури покачал головой и вытянул палочку в направлении девушки. - Обливиате последние сутки.
- Какое странное слово, в первый раз такое слышу. Это латынь? - Анна удивленно подняла брови.
- Что? - Аластор, Артур и Северус недоуменно уставились на девушку-маггла - та переводила любопытствующий взгляд с одного на другого.
- Обливиате! - закричал Хмури, яростно выкидывая перед собой палочку.
- Может, прекратите тыкать в меня этим сучком и объясните, что, собственно, вы хотите сделать? - недоуменно спросила Анна.
- Боюсь, у нас возникла проблема, - усмехнулся Снейп. - Исключение из правил, дорогой аврор.
Артур и Аластор молча переглянулись - в истории волшебного мира редко, но все же попадались случаи невозможности корректировки памяти у колдунов или магглов с помощью обычных заклинаний.
- Что ж, - пробормотал Уизли, - может оно и к лучшему.

***

Сириус сидел на небольшом стульчике около двери, наблюдая, как Нарцисса прижимает к себе Драко, ее слезы стекали по подбородку и тихо капали на серебристую макушку сына. С момента встречи тот не произнес ни слова, лишь молча уткнулся в колени своей матери, словно пытаясь найти в них защиту от невидимого обычным взором врага. Блэк собирался навестить Рона и Гарри в Хогвардсе, но Дамблдор посоветовал повременить со встречей и переговорить позже, тем более что они уже направлялись в Азбакан, чтобы увидеться с Малфоем-младшим. Сириус хотел и одновременно боялся этой встречи - он не знал, в каком состоянии находится его крестник, как отреагирует Нарцисса на появление Поттера в тюрьме и как, наконец, поведет себя Драко.
- Мама, я не совершил ничего такого, что могло бы заставить тебя сердиться на меня, - прошептал он. - Все обвинения, выдвинутые против меня, не соответствуют действительности.
- Я знаю, дорогой, - еще несколько бусинок влаги скатились с ее щек. - Мы все верим, что ты здесь совершенно не причем. Я и Сириус сделаем все возможное, чтобы вытащить тебя отсюда, поверь.
- Я верю, мама, - голос Драко предательски дрогнул. - Я всегда в это верил.
- Зачем ты отказался от услуг юристов Министерства? - тихо спросил Сириус. - Они могут нам здорово помочь.
Драко медленно повернул голову в его сторону и посмотрел полным гордости и независимости взглядом, заставив Блэка смутиться и опустить глаза в пол.
- Колдуну, не совершившему никакого преступления, не нужны юристы, - ледяным тоном произнес Малфой. - Все, что ему необходимо, это семья, которая всегда в состоянии поддержать в трудную минуту, а не отвергнуть. Разбить все нелепые доводы обвинения я могу и сам, но вот в чем вопрос - сможете ли вы убить в себе вечный страх и подозрение или будете потихоньку носить в душе этот груз, постоянно оглядываясь на меня?
- Дай нам этот шанс, Драко, - прошептал Сириус.
Что еще он мог сказать этому бледному юноше с серебристыми волосами, так независимо смотревшему на него? Кем он, собственно, был для него? Отцом? Или ему навечно была уготовлена роль отчима, смирившегося с появлением в жизни семнадцатилетнего подростка, ум и жизненный опыт которого иногда превосходил его собственный?
- Я не маггловая рулетка, чтобы давать тебе шанс, Блэк, - твердо сказал Драко. - Посмотри на меня и реши, наконец, на чьей ты стороне: или ты мне веришь, или навсегда погрязнешь в сетях недоверия и страха, которые сам плетешь.
Сириус осторожно поднял взгляд и удивился тому блеску холодной решительности и бесстрашности, которые излучали глаза Малфоя - подобное выражение Блэк видел только на лице Гарри, которому он доверял как себе.
- Мы верим тебе, Драко, - решительно сказал Сириус, и перевел взгляд на Нарциссу, которая молча улыбнулась ему и снова прижала голову сына к себе. - И всегда будем с тобой, чтобы не произошло.
Дверь в камеру тихонько открылась и в нее вошел невысокий сотрудник охраны, который что-то шепнул Сириусу на ухо.
- Нам пора, дорогая, - Блэк осторожно поднялся со стула и направился к Нарциссе, и, бережно взяв ее за руки, добавил. - Приехали друзья Драко и очень хотят с ним встретиться.
Нарцисса неохотно поднялась, словно мысль о расставании с сыном жгла ее тело, но руки Сириуса уже подхватили ее и бережно выводили из камеры. Драко свернулся калачиком на кровати и закрыл глаза - в данный момент он вряд ли хотел кого-то видеть, а, тем более, кого-нибудь из Хогвардса. Хотелось привести свои мысли в порядок и подготовиться к завтрашнему процессу, поскольку он решительно отказался от услуг сторонних юристов, но этот голос вдруг наполнил его какой-то неописуемой силой восторга и радости, заставив подскочить на месте:
- Драко! - Джинни ворвалась в камеру и бросилась к нему.
Малфой попытался ее обнять и прижать к себе, но, увы, адмантиновые наручники не позволяли сделать это - он смущенно улыбнулся и втянул голову в плечи. Но Джинни было все равно, ее губы согревали его вечно холодное лицо, нежно касаясь глаз, кончика носа и бледных щек.
- Можно подумать, Уизли, что ты приехала на похороны, - мрачно пошутил Драко. - Будто провожаешь меня на тот свет.
- Драко, - застонала Джинни, крепко прижимая его к себе. - Не болтай чепухи, любимый - мы вытащим тебя отсюда, и ты забудешь все это как страшный сон.
- Надеюсь, ты не привела с собой все семейство Уизли, для полного счастья мне только не хватает увидеть лица твоих братьев, - усмехнулся Драко, нежно целуя губы своей возлюбленной.
Джинни чуть отстранилась и повернула голову - Драко увидел перед собой Гарри, тоскливым взглядом уставившегося на них. Они почти минуту молча смотрели друг на друга, не решаясь сказать хоть что-нибудь.
- Драко, прости, - губы Гарри чуть шевелились, застрявший в горле ком не позволял ему произнести еще что-либо.
- Ты знаешь, Поттер, я столько раз представлял наш с тобой разговор, но не рассчитывал услышать эти два слова, - одна бровь Драко чуть поднялась. - Мальчик-Который-Выжил просит прощения у Мальчика-Которому-Он-Не-Доверяет, какая ирония судьбы, ты не находишь?
- Ты не дал мне возможности… - голос Гарри дрожал.
- Что?! Тебе тоже понадобился шанс? Ну, ребята, вам в казино нужно, - Драко чуть улыбнулся. - Вот Джинни, например, верит мне и без всяких там возможностей и шансов, правда, любимая?
Уизли нежно положила голову на его плечо и стала молча теребить серебристые пряди волос.
- Успокойся, Поттер, я ни в чем не виню тебя, - Драко смотрел на Гарри немигающим взглядом. - Я верю, что ты рано или поздно осознаешь свою ошибку, но, учитывая обстоятельства, мне лучше позаботиться о своей жизни самому.
Малфой протянул руки, скованные адмантиновыми наручниками, чем заставил Поттера смутиться и опустить глаза в пол.
- Нет, Гарри, ты меня неправильно понял, - холодно заметил Драко. - Я просто хочу, чтобы ты вернул мой Амулет Жизни.
 

Фотогалерея