Гарри Поттер и Принц-полукровка

96

ты же не хочешь, чтобы тебя поймали вне спальни в такое время, ты ведь у нас староста…

— Сэр, я хотел вас кое о чем спросить.

— Тогда спрашивай скорей, мой мальчик, спрашивай…

— Сэр, мне интересно, знаете ли вы что-нибудь об… окаянтах?

Это случилось снова: плотный туман наполнил комнату, скрыв и Диванграда, и Реддля; только Думбльдор безмятежно улыбался рядом с Гарри. Затем, совсем как в прошлый раз, гулко зазвучал голос Дивангарда:

— Я ничего не знаю об окаянтах, а если б и знал, не сказал! А теперь прочь отсюда и чтобы я больше не слышал о них!

— Вот и все, — мирно проговорил Думбльдор. — Нам пора.

Ноги Гарри оторвались от пола и пару секунд спустя опустились на коврик перед письменным столом Думбльдора.

— Все? — недоумевающе спросил Гарри.

И это — самое важное воспоминание? Что в нем особенного? Туман, конечно, странный, как и то, что его никто не заметил, но больше-то ничего… Подумаешь, Реддль задал вопрос и не получил ответа…

— Ты, возможно, заметил, — сказал Думбльдор, усаживаясь за стол, — что над этим воспоминанием слегка поработали.

— Поработали? — переспросил Гарри и тоже сел.

— Определенно, — кивнул Думбльдор. — Профессор Дивангард испортил свои воспоминания.

— Но зачем?

— Затем, полагаю, что он их стыдится, — ответил Думбльдор. — Он хотел представить себя в лучшем свете и уничтожил те части, которые не хотел мне показывать. Работа, как ты сам видел, топорная, но оно и к лучшему: значит, под измененной записью по-прежнему находится настоящая.

— Поэтому, Гарри, я впервые даю тебе домашнее задание: убедить профессора Дивангарда отдать тебе истинное воспоминание, без сомнения, самое для нас существенное.

Гарри воззрился на него и, насколько мог почтительно, сказал:

— Но, сэр, тут я вам не нужен… воспользуйтесь легалименцией… или признавалиумом…

— Профессор Дивангард очень опытный колдун и вряд ли боится таких вещей, — произнес Думбльдор. — Он изощрен в окклуменции куда более, чем несчастный Морфин Монстер, и я был бы потрясен, узнав, что он когда-либо расставался с противоядием к признавалиуму с тех самых пор, как я выманил у него эту пародию на воспоминания.

— Нет, пытаться вырвать правду силой было бы глупо и принесло бы больше вреда, чем пользы; я не хочу, чтобы Дивангард покинул «Хогварц». Но у него, как у всех нас, есть свои слабости, и я уверен, что ты — единственный, кто способен прорвать оборону. Нам очень важно получить настоящее воспоминание, Гарри… насколько, мы узнаем, только увидев их. Ну-с, удачи тебе… и спокойной ночи.

Слегка ошарашенный внезапным прощанием, Гарри быстро встал.

— Спокойной ночи, сэр.

Закрывая дверь кабинета, он отчетливо услышал голос Пиния Нигеллия:

— Не понимаю, почему мальчишка сделает это лучше, чем ты, Думбльдор.

— Я и не ждал, что ты поймешь, Пиний, — отозвался Думбльдор. Янгус вновь издал тихий мелодичный крик.

Глава восемнадцатая. Именнинные сюрпризы

На следующий день Гарри рассказал о задании Думбльдора Рону и Гермионе, правда, по отдельности: Гермиона по-прежнему не желала находиться в обществе Рона дольше, чем требовалось для того, чтобы обдать его презрительным взглядом.

Рон считал, что с Дивангардом не будет решительно никаких трудностей

— Он тебя обожает, — сказал он за завтраком, небрежно махнув вилкой с большим куском яичницы. — И ни в чем не откажет своему любимому Принцу-зельеделу. Дождись, пока все разойдутся после уроков, попроси — и дело в шляпе.

Гермиона была настроена более пессимистически.

— Судя по всему, Дивангард твердо намерен скрыть истину, раз даже Думбльдор не сумел ничего выведать, — понизив голос, произнесла она. Была перемена; они стояли посреди пустого, заснеженного двора. — Окаянты… окаянты… никогда не слышала…

— Нет?

Гарри расстроился; он надеялся, что Гермиона хотя бы приблизительно знает, что это такое.

— Наверное, это из высшей черной магии, иначе зачем они Вольдеморту? Да, Гарри, добыть информацию будет непросто, с Дивангардом надо быть очень осторожным, тщательно продумать стратегию…

— Рон считает, надо просто дождаться, пока все разойдутся после урока, и…

— Прекрасно! Если уж сам Вон-Вон так считает, действуй! — моментально вспыхнула Гермиона. — Бывало ли такое, чтоб Вон-Вон оказывался неправ?

— Гермиона, неужели ты не можешь…

— Нет! — отрезала она и умчалась. Гарри остался стоять по колено в снегу.

Уроки зельеделия в последнее время были тяжелым испытанием — Гарри, Рону и Гермионе приходилось сидеть за одним столом. Сегодня Гермиона передвинула свой котел как можно ближе к Эрни и демонстративно игнорировала не только Рона, но и Гарри.

— Ты-то чем провинился? — почти неслышно поинтересовался Рон, глядя на надменный профиль Гермионы.

Гарри не успел ответить: Дивангард, стоя в начале класса, призвал всех к молчанию.

— Сели, сели, друзья! Быстренько, сегодня очень много работы! Итак: третий закон Голпаллота… кто скажет?... Ну конечно, мисс Грэнжер!

Гермиона с нечеловеческой скоростью отбарабанила:

— Третий закон Голпаллота гласит, что антидот к сложносоставному яду равен более, чем сумме антидотов к каждому из компонентов.

— Совершенно верно! — просиял Дивангард. — Десять баллов «Гриффиндору»! А теперь, если принять третий закон Голпаллота за аксиому…

Гарри ничего другого и не оставалось — он совсем ничего не понял. Дальнейших объяснений Дивангарда тоже не понимал никто, кроме Гермионы.

— …это, конечно же, означает следующее —

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 96 - 96 из 168


Фотогалерея