Гарри Поттер и Принц-полукровка

87

его учебник по зельеделию. Он писал на полях всякие заклинания, которые сам изобрел. Например, Левикорпус…

— О, в мое время оно было в большом ходу, — мечтательно произнес Люпин. — В пятом классе несколько месяцев шагу нельзя было ступить, чтобы тебя не вздернули в воздух за лодыжку.

— Мой папа им пользовался. — сказал Гарри. — Я видел в дубльдуме, как он поднял в воздух Злея.

Он старался говорить небрежно, будто не придавая особого значения своим словам, но едва ли достиг желаемого; слишком уж понимающе улыбнулся его собеседник.

— Да, — кивнул Люпин, — и не он один. Как я сказал, заклинание пользовалось редкой популярностью… знаешь, как это бывает, что-то всплывает, потом забывается…

— Но похоже, что Принц сам изобрел его, когда учился в школе, — настаивал Гарри.

— Не обязательно, — возразил Люпин. — Мода на заклятия переменчива, как все остальное. — Он заглянул Гарри в лицо и тихо проговорил: — Джеймс был чистокровный колдун и, клянусь, никогда не просил называть его Принцем.

Гарри отбросил притворство и спросил:

— И это был не Сириус? И не вы?

— Абсолютно точно, нет.

— Ясно. — Гарри уставился в огонь. — Просто я думал… этот Принц очень помог мне с зельеделием.

— А сколько лет твоему учебнику?

— Не знаю, не выяснял.

— А ведь это помогло бы понять, когда Принц учился в «Хогварце», — сказал Люпин.

Флер вдруг решила передразнить Селестину и затянула «Котел, полный крепкой и сладкой любви», а остальные, поймав выражение лица миссис Уэсли, восприняли это как сигнал отбоя. Гарри и Рон взобрались по лестнице в комнату Рона на чердаке, где для Гарри поставили раскладушку.

Рон почти сразу заснул, а Гарри сначала порылся в своем сундуке, достал «Высшее зельеделие» и только потом лег. Он листал книгу, пока не нашел в самом начале дату ее выпуска. Учебнику оказалось почти пятьдесят лет. Ни отца, ни его друзей в «Хогварце» тогда еще не было. Гарри разочарованно швырнул книгу обратно в сундук, выключил лампу и повернулся на бок. Он думал про оборотней и Злея, Стэна Стражера и Принца-полукровку, и спустя какое-то время провалился в тяжелый сон, где его преследовали крадущиеся тени и крики укушенных детей…

— Она что, шутит?...

Гарри вздрогнул, проснулся и увидел в ногах своей кровати раздутый чулок с подарками. Он надел очки, огляделся. Крохотное окно снаружи почти полностью занесло снегом. На его фоне в постели очень прямо сидел Рон, рассматривая толстую золотую цепь.

— Что это? — удивился Гарри.

— От Лаванды, — с отвращением бросил Рон. — Неужто она всерьез думает, что я…

Гарри всмотрелся внимательней и громко хохотнул. С цепи свисали большие золотые буквы, образующие надпись: «Мой любимый».

— Мило, — сказал он. — Стильно. Ты обязательно должен это надеть. А главное, показать Фреду с Джорджем.

— Если ты им расскажешь, — залепетал Рон, засовывая украшение под подушку, — то я… то я… то я…

— Обзаикаешь меня до смерти? — ухмыльнулся Гарри. — Брось, за кого ты меня принимаешь?

— Но как она могла подумать, что я способен напялить такую штуковину? — остолбенело глядя в пространство, прошептал Рон.

— А ты подумай, вспомни, — предложил Гарри. — Вдруг ты случайно проговорился, что мечтаешь расхаживать в ошейнике с надписью: «Мой любимый»?

— Да мы с ней… не очень-то разговаривали, — признался Рон, — все больше…

— Целовались, — подсказал Гарри.

— Ну да, — кивнул Рон и, поколебавшись мгновение, спросил: — А Гермиона правда встречается с Маклаггеном?

— Понятия не имею, — сказал Гарри. — На вечере у Дивангарда они действительно были вместе, но по-моему, без особого успеха.

Рон приободрился и снова полез исследовать содержимое своего чулка.

Гарри получил вязаный свитер с большим золотым Пронырой на груди от миссис Уэсли, большую коробку всякой всячины из «Удивительных ультрафокусов Уэсли» от близнецов и сыроватый, пахнущий плесенью сверточек с надписью «Хозяину от Шкверчка».

Гарри удивленно на него воззрился.

— Как думаешь, открыть можно? — спросил он.

— Ничего опасного там быть не может, нашу почту по-прежнему проверяют в министерстве, — ответил Рон, хотя тоже смотрел на сверточек с подозрением.

— А я и не вспомнил о Шкверчке! Что, на Рождество домовым эльфам принято дарить подарки? — Гарри подозрительно потыкал сверток пальцем.

— Гермиона бы подарила, — сказал Рон. — Но ты подожди мучиться совестью, сначала узнай, что там.

Секунду спустя Гарри громко заорал и взлетел с раскладушки; в свертке оказался клубок мучных червей.

— Прелестно, — завывая от смеха, еле выговорил Рон. — Какая трогательная забота.

— Все лучше, чем цепь, — парировал Гарри, сразу отрезвив Рона.

К ленчу все спустились в новых свитерах. Исключение составили Флер (на которую, судя по всему, миссис Уэсли не пожелала тратить времени) и сама миссис Уэсли в новой, с иголочки, ведьминской шляпе цвета ночи, усыпанной звездочками бриллиантов, и потрясающем золотом колье.

— Фред и Джордж подарили! Ну разве не красота?

— Знаешь, мам, с тех пор, как мы сами стираем себе носки, мы ценим тебя все больше и больше, — сказал Джордж, небрежно отмахиваясь от благодарностей. — Пастернака, Рэм?

— Гарри, у тебя в волосах червяк, — весело сообщила Джинни и перегнулась через стол, чтобы снять его; по шее Гарри побежали мурашки, отнюдь не из-за червяка.

— Какой кошмаг, — Флер демонстративно содрогнулась.

— Да, правда, — горячо поддержал Рон. — Еще соуса, Флер?

Искренне желая услужить, он опрокинул

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 87 - 87 из 168


Фотогалерея