Гарри Поттер и Принц-полукровка

86

предлагая помощь, а сам хотел выяснить, что задумал Малфой? — быстро закончил за него Гарри. — Я так и думал, что вы это скажете. Но можно ли знать наверняка?

— Знать — не наша забота, — неожиданно вмешался Люпин, который повернулся спиной к огню и смотрел на Гарри мимо мистера Уэсли. — А Думбльдора. Он доверяет Злодеусу, и этого должно быть достаточно.

— Но допустим, — возразил Гарри, — только допустим… что Думбльдор ошибается…

— Подобное я слышал уже много раз. В конечном счете это вопрос доверия Думбльдору. Я ему доверяю; следовательно, доверяю и Злею.

— Но Думбльдор тоже может ошибаться, — не унимался Гарри. — Он сам так говорит. А вам…

Он поглядел Люпину прямо в глаза.

— … Злей правда нравится?

— Я не испытываю к нему ни приязни, ни вражды, — сказал Люпин. — Это правда, — добавил он, заметив скептическое выражение на лице Гарри. — Конечно, мы никогда не станем добрыми друзьями после всего, что было между ним, Джеймсом и Сириусом; слишком много обид. Но можно ли забыть, что пока я преподавал в «Хогварце», Злодеус каждый месяц готовил мне аконитовое зелье, причем абсолютно правильно, чтобы я не страдал, как обычно при полной луне.

— Но он «случайно» проговорился, что вы оборотень, и вам пришлось уйти! — сердито воскликнул Гарри.

Люпин пожал плечами.

— Это все равно стало бы известно. Мы оба знали, что он метит на мое место, и ему ничего не стоило нанести мне большой вред, чуточку подпортив зелье. А он заботился о моем здоровье. Я должен быть благодарен.

— Может, он просто не осмелился мухлевать с зельем из-за Думбльдора! — бросил Гарри.

— Ты полон ненависти, Гарри, — слабо улыбнулся Люпин. — И я тебя понимаю; Джеймс — твой отец, Сириус — крестный, это у тебя наследственное. Ты волен рассказать Думбльдору все, что и нам с Артуром, но не жди, что он встанет на твою сторону или хотя бы удивится. Не исключено, что Злей допрашивал Драко по приказу Думбльдора.

Теперь, когда ты разорвал его на части, Верни мне сердце, я умру от счастья!

Селестина закончила петь на очень долгой, высокой ноте. Из радиоприемника понеслись громкие аплодисменты, которые порывисто подхватила миссис Уэсли.

— Кончьилось наконьец? — громко спросила Флер. — Хвала небьесам, что за жуткое..

— А не выпить ли нам на ночь по стаканчику? — громко предложил мистер Уэсли, вскакивая со стула. — Кто будет еггног?

Он отправился за напитком; остальные зашевелились, принялись потягиваться и переговариваться друг с другом.

— А чем вы сейчас занимаетесь? — спросил Гарри Люпина.

— Сижу в подполье, — ответил Люпин. — Почти буквально. Потому я и не писал, Гарри; отправляя письма, я мог выдать себя.

— То есть?

— Я жил среди своих сородичей, — сказал Люпин и, увидев, что Гарри не понимает, пояснил: — Оборотней. Они почти все на стороне Вольдеморта. Думбльдор решил заслать к ним разведчика и… вот он я, готовенький.

В его голосе прозвучала горечь. Люпин, видно, и сам это заметил, улыбнулся гораздо теплее и продолжил:

— Я не жалуюсь; работа необходимая, а лучшего кандидата, чем я, не найти. Но завоевать их доверие было трудно. Видишь ли, по мне сразу видно, что я жил среди колдунов, а они избегают нормального общества и добывают пропитание воровством — или убийством.

— А чем им так приглянулся Вольдеморт?

— Они думают, что при нем станут жить лучше, — сказал Люпин. — Тут с Уолком не поспоришь…

— Кто такой Уолк?

— Не знаешь? — Люпин конвульсивно сжал собственное колено. — Фенрир Уолк, наверное, самый жестокий оборотень на свете. Его жизненная миссия — искусать и заразить как можно больше людей, чтобы оборотней стало больше, чем колдунов. В уплату за службу Вольдеморт обещал поставлять ему жертвы. Уолк специализируется по детям… говорит, их надо кусать в младенчестве и воспитывать вдали от родителей, в ненависти к нормальным колдунам. Вольдеморт угрожает натравить его на нашу молодежь; обычно такие угрозы очень действенны.

Люпин помолчал и добавил:

— Это он сделал меня оборотнем.

— Как? — поразился Гарри. — Когда… в детстве?

— Да. Мой отец оскорбил его. Я очень долго не знал, кто виноват в моей беде, и даже жалел его, считая, что бедняга был не властен над собой; к тому времени я хорошо знал, какая это мука — превращение. Но Уолк не такой. В полнолуние он заранее подбирается ближе к намеченным жертвам и действует наверняка. Планирует все загодя. И такого мерзавца Вольдеморт поставил над всеми оборотнями. Не стану притворяться, что способен со своими жалкими увещаниями конкурировать с Уолком, который открыто заявляет, что мы, оборотни, заслуживаем крови и должны мстить нормальным людям.

— Но вы — нормальный! — горячо возразил Гарри. — Просто у вас… проблема.

Люпин расхохотался.

— Иногда ты сильно напоминаешь Джеймса. Тот при посторонних обычно называл это моей «маленькой шерстяной проблемой». Все думали, что речь идет о дурно воспитанном кролике.

Он взял из рук мистера Уэсли стакан еггнога, поблагодарил и немного повеселел. Зато Гарри очень разволновался, вспомнив при слове «Джеймс», что давно хотел кое-что спросить у Люпина.

— Вы когда-нибудь слышали о Принце-полукровке?

— Каком принце?

— Полукровке, — повторил Гарри, внимательно следя за Люпином.

— У колдунов не бывает принцев, — улыбнулся тот. — Ты что, хочешь взять такой титул? Казалось бы, «Избранного» больше чем достаточно.

— При чем тут я! — возмутился Гарри. — Принц-полукровка когда-то учился в «Хогварце», мне достался

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 86 - 86 из 168


Фотогалерея