Гарри Поттер и Принц-полукровка

126

но сегодня смешно было и подумать о неудаче. И действительно, Гарри лишь ухмыльнулся, когда, незаметно для Огрида и Дивангарда (они обменивались историями про нелегальные сделки с яйцами драконов), указал под столом палочкой на пустеющие бутылки, и те немедленно заново наполнились вином.

Спустя час или около того, Огрид и Дивангард начали провозглашать всякие несуразные тосты: за «Хогварц», за Думбльдора, за эльфийское вино, за…

— Гарри Поттера! — взревел Огрид, опрокидывая в рот четырнадцатую кружку и проливая часть вина на подбородок.

— Точно, точно, — невнятно выкрикнул Дивангард, — За Парри Готтера, избранного мальчика, который… или… ну… что-то в этом духе, — промямлил он и тоже осушил свою кружку.

Вслед за тем Огрид опять впал в слезливость и всучил Дивангарду хвост единорога. Тот стал запихивать его в карман с криками:

— За дружбу! За щедрость! За десять галлеонов волосок!

Еще чуть позже Огрид и Дивангард уселись рядышком, обнялись и принялись распевать длинную печальную песню о смерти колдуна Одо.

— А-а-а-а, самые лучшие умирают молодыми, — пробормотал Огрид, у которого глаза немного съехали к носу, и уронил голову на руки. Дивангард продолжал руладить. — Мой папаша, к примеру… или твои мамка с папкой, Гарри…

Крупные слезы поползли из морщинистых глаз Огрида; он схватил Гарри за руку и сильно потряс ее.

— …лучше колдунов я не знал… ужас… ужас…

Дивангард жалобно голосил:

И Одо-героя домой принесли, Где знали его пареньком, На смертном одре он лежит бездыхан, Колпак наизнанку на нем. Волшебная палочка хрусть, О ужас, о горе, о грусть!

— …ужас, — в последний раз шумно вздохнул Огрид. Его большая лохматая голова скатилась набок, и он громко захрапел.

— Извиняюсь, — икнув, сказал Дивангард. — Убейте, не могу вытянуть мотив.

— Огрид говорил не о вашем пении, — тихо объяснил Гарри. — А о смерти моих родителей.

— О, — воскликнул Дивангард, подавляя сильную отрыжку. — Ой, мама… Да, это… действительно ужас. Ужас… ужас…

Он явно не знал, что еще сказать, и удовольствовался тем, что заново наполнил кружки.

— Полагаю, ты… ничего не помнишь, Гарри? — неловко поинтересовался он.

— Нет… мне же был всего год, — ответил Гарри, глядя на пламя свечей, колышущееся от храпа Огрида. — Но теперь я знаю довольно много из того, что тогда произшло. Папа умер первым, вы знали?

— Я? Нет, — глухо откликнулся Дивангард.

— Да… Вольдеморт убил его, переступил через труп и направился к маме, — поведал Гарри.

Дивангард содрогнулся, но не мог оторвать потрясенного взгляда от лица Гарри.

— Он велел ей отойти в сторону, — безжалостно продолжал Гарри. — Он мне говорил, что ей незачем было умирать. Его интересовал только я. Она могла убежать.

— Святое небо, — выдохнул Дивангард. — Она могла… ей было незачем… какой кошмар…

— Да, правда? — почти шепотом произнес Гарри. — А она даже не шелохнулась. Папа уже умер, но она не хотела, чтобы я тоже погиб. Она умоляла Вольдеморта… а он смеялся…

— Хватит! — неожиданно выкрикнул Дивангард, выставляя вперед трясущуюся руку. — Правда, мой мальчик, довольно… я старый человек… я не могу… не хочу слушать…

— Я совсем забыл, — соврал Гарри, вдохновляемый фортуной фортунатум, — ведь она вам нравилась, верно?

— Нравилась? — повторил Дивангард, и его глаза наполнились слезами. — Да я не могу представить, чтобы кто-то ее не любил… такая храбрая… такая веселая… все это такой ужас…

— А вы не хотите помочь ее сыну, — упрекнул Гарри. — Она отдала мне жизнь, а вам жалко воспоминания.

Хижину наполнил рокочущий храп Огрида. Гарри не отрываясь смотрел во влажные глаза Дивангарда. Тот, казалось, не мог отвести взгляда.

— Не говори так, — прошептал он. — Это не потому… если бы это могло помочь, конечно… но ничего не изменится…

— Изменится, — четко и ясно сказал Гарри. — Думбльдору нужна информация. Мне нужна информация.

Он говорил совершенно спокойно: фортуна фортунатум обещала, что утром Дивангард ничего не вспомнит. Глядя учителю прямо в глаза, Гарри чуть подался вперед.

— Я — Избранный. Я должен его убить. Мне нужно ваше воспоминание.

Дивангард страшно побледнел; его гладкий лоб заблестел от пота.

— Ты — Избранный?

— Конечно, — спокойно подтвердил Гарри.

— Но тогда… мой дорогой мальчик… ты просишь о многом… по сути, ты просишь помочь уничтожить…

— Вы не хотите избавить мир от колдуна, убившего Лили Эванс?

— Гарри, Гарри, конечно, хочу, но…

— Боитесь, что он узнает о вашем участии?

Дивангард молчал; он был смертельно напуган.

— Будьте смелым, как моя мама, профессор…

Дивангард поднял пухлую ручку и прижал к губам трясущиеся пальцы; он напоминал сильно увеличенного младенца.

— Я совсем не горжусь… — сквозь пальцы прошептал он. — Напротив, стыжусь того, что… показывает воспоминание… в тот день я совершил страшное…

— Вы все исправите, если передадите воспоминание мне, — сказал Гарри. — Это будет очень смелый и благородный поступок.

Огрид вздрогнул во сне и захрапел снова. Дивангард и Гарри смотрели друг на друга поверх догорающей свечи. Молчание длилось и длилось, но фортуна фортунатум велела Гарри не прерывать его, ждать.

Наконец, Дивангард очень медленно поднес руку к карману и достал волшебную палочку. Потом сунул другую руку под мантию и вытащил маленькую пустую бутылочку. Затем, по-прежнему не сводя глаз с Гарри, коснулся кончиком палочки своего виска, вытянул длинную серебристую нить воспоминаний и опустил

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 126 - 126 из 168


Фотогалерея