Гарри Поттер и Принц-полукровка

116

голосом сказал Рон. — И в июле спокойно сдашь!

— У меня получилось всего один раз, — напомнил Гарри; на прошлом занятии он сумел наконец исчезнуть и заново материализоваться в кольце.

Рон убил кучу времени на громкие сетования о собственной бестолковости и теперь, страшно мучаясь, торопливо дописывал чрезвычайно трудное сочинение по зельеделию, с которым Гарри и Гермиона уже разделались. Гарри не ждал ничего, кроме самой низкой оценки — они со Злеем полностью расходились во мнениях относительно того, как лучше бороться с дементорами. Впрочем, сейчас его это не волновало; гораздо важнее было воспоминание Дивангарда.

— Говорю тебе, Гарри, твой идиотский Принц не поможет! — еще громче воскликнула Гермиона. — Заставить человека действовать по своей указке можно только проклятием подвластия, а его применять запрещено…

— Спасибо, я в курсе, — бросил Гарри, не отрывая глаз от учебника, — потому и разыскиваю что-то еще. Думбльдор говорит, признавалиум не годится, но, может, есть какое-нибудь зелье или заклинание…

— Ты взялся за дело не с того конца, — перебила Гермиона. — Думбльдор сказал, что добыть воспоминание можешь только ты. То есть, ты обладаешь таким влиянием на Дивангарда, какого нет у других. И значит, ему не зелье надо подсовывать, это всякий дурак сможет, а…

— Как пишется «просчитаться»? — спросил Рон, глядя в свой текст, и сильно встряхнул перо. — Ведь не П-Р-Ы-Щ…

— Нет, — сказала Гермиона, придвигая к себе сочинение Рона. — И не «агрязивный», а «агрессивный». Что у тебя за перо?

— Из магазина Фреда и Джорджа, с проверкой орфографии… только, по-моему, чары уже повыветрились…

— Да уж, очевидно, — Гермиона ткнула в заглавие, — ведь нас просили написать, как справляться с дементорами, а не «демымрами», и потом, я не помню, чтобы ты менял имя на «Рунил Уэзлиб».

— О нет! — вскричал Рон, в ужасе уставившись на пергамент. — Только не говорите, что придется заново переписывать!

— Ничего страшного, сейчас мы все поправим, — Гермиона подвинула сочинение к себе и достала волшебную палочку.

— Гермиона, я тебя обожаю, — сказал Рон, откидываясь в кресле и устало протирая глаза.

Гермиона чуть покраснела, но ответила только:

— Главное, не говори этого при Лаванде.

— Не скажу, — буркнул Рон себе в ладони. — Или, наоборот, скажу… и пусть она меня бросит…

— Почему бы тебе самому этого не сделать, если тебе так хочется? — поинтересовался Гарри.

— Ты-то небось никого не бросал, — отозвался Рон. — Вы с Чу просто…

— Просто взяли и разошлись, да, — согласился Гарри.

— Вот бы и мне с Лавандой так, — мрачно изрек Рон, наблюдая, как Гермиона молча постукивает кончиком волшебной палочки по неправильно написанным словам, а те сами собой исправляются. — Но чем больше я намекаю, что хочу завязать, тем сильней она за меня цепляется. Прямо гигантский кальмар какой-то.

— Держи, — минут через двадцать сказала Гермиона, протягивая Рону сочинение.

— Спасибо большое-пребольшое, — поблагодарил Рон. — Можно, я закончу твоим пером?

Гарри, так и не обнаружив в заметках Принца-полукровки ничего полезного, огляделся по сторонам. Они остались в гостиной одни; Симус только что отправился спать, на чем свет стоит проклиная Злея вместе с его сочинением. Было тихо; лишь в камине потрескивал огонь и Рон шуршал пером Гермионы, дописывая сочинение. Гарри закрыл учебник, зевнул, и вдруг…

Хлоп.

Гермиона тихо ойкнула, Рон пролил на пергамент чернила, а Гарри воскликнул:

— Шкверчок!

Домовый эльф согнулся в низком поклоне и заговорил, обращаясь к собственным ногам:

— Хозяин приказал регулярно докладывать о том, чем занимается младший Малфой, и Шкверчок пришел сообщить…

Хлоп.

Рядом со Шкверчком возник Добби в съехавшем набекрень стеганом чехле для чайника.

— Добби тоже помогал Гарри Поттеру! — пискливо вскричал он, обиженно покосившись на второго эльфа. — А Шкверчок обязан предупреждать Добби, когда отправляется к Гарри Поттеру, чтобы рапортовать вместе!

— Что это? — спросила Гермиона, донельзя потрясенная неожиданным нашествием эльфов. — Гарри, в чем дело?

Гарри нерешительно молчал: он не говорил Гермионе, что поручил Шкверчку и Добби наблюдение за Малфоем, но знал, что домовые эльфы для нее — больной вопрос.

— Они… следят за Малфоем по моему поручению, — признался он наконец.

— Днем и ночью, — прокаркал Шкверчок.

— Добби не спал целую неделю, Гарри Поттер! — гордо сообщил Добби и слегка пошатнулся.

Гермиона пришла в возмущение.

— Ты не спал, Добби? Гарри, ты ведь не мог приказать, чтобы…

— Конечно, нет, — поспешил заверить Гарри. — Добби, спать можно, понял? Но вы хоть что-нибудь выяснили? — быстро, пока снова не вмешалась Гермиона, спросил он.

— Господин Малфой ступает благородно, как надлежит персоне его происхождения, — сразу заскрипел Шкверчок. — Чертами он напоминает мою хозяйку, а манерами….

— Драко Малфой — плохой мальчишка! — гневно пропищал Добби. — Плохой мальчишка, который… который…

Он содрогнулся, весь, от кисточки чехольчика до кончиков носков, и ринулся к камину, явно собираясь кинуться в огонь. Гарри, которому такое поведение было не в новинку, схватил эльфа поперек туловища и поднял в воздух. Добби задергался, пытаясь вырваться, потом бессильно обмяк.

— Спасибо, Гарри Поттер, — прерывисто выдохнул он. — Добби пока трудно плохо говорить о бывших хозяевах…

Гарри отпустил его; Добби поправил шляпу-чехольчик и с вызовом обратился к Шкверчку:

— Но Шкверчок

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 116 - 116 из 168


Фотогалерея