Гарри Поттер и Принц-полукровка

113

зашептала она. — Наклонитесь ближе, дорогой мальчик, посмотрите… Д’Авилло, разумеется, знает — куплено у него… думаю, не ошибусь, если скажу, что он мечтает это вернуть, когда меня не станет…

Она расстегнула изящный, филигранной работы замочек и откинула крышку коробки. Внутри на ровном малиновом бархате лежал тяжелый золотой медальон.

На сей раз Вольдеморт протянул руку, не дожидаясь приглашения, и поднял медальон к свету. Он не отрывал глаз от старинной вещи и тихо проговорил:

— Знак Слизерина, — любуясь игрой света на витой змееподобной «S».

— Совершенно верно! — вскричала Хепзиба; полное оцепенение Вольдеморта вызвало у нее безмерное ликование. — Я заплатила целое состояние, но подобную вещь нельзя упускать, что вы, такое сокровище, и не в моей коллекции. Д’Авилло, кажется, купил его у какой-то нищенки, а та наверняка украла, не понимая истинной ценности…

Ошибки быть не могло: глаза Вольдеморта сверкнули красным, костяшки пальцев на руке, в которой он сжимал цепь медальона, побелели.

— Надо полагать, Д’Авилло заплатил ей гроши, но… как видите… прелесть, правда? И опять же, все волшебные свойства, хотя я просто храню его у себя и…

Она потянулась за медальоном. Гарри на миг показалось, что Вольдеморт не отдаст его, но потом медальон выскользнул из его пальцев и вернулся на бархатное красное ложе.

— Так-то вот, Том! Надеюсь, вы не скучали?

Она поглядела ему прямо в лицо, и ее глупая улыбка впервые за все время немного угасла.

— Милый мой, вы хорошо себя чувствуете?

— О да, — еле слышно ответил Вольдеморт, — очень хорошо…

— Мне показалось… обман зрения, полагаю… — немного испуганно сказала Хепзиба, и Гарри догадался, что она тоже видела красную вспышку в глазах Вольдеморта. — Подпева, забери и спрячь под замок… со всеми обычными заклинаниями…

— Гарри, нам пора, — тихо проговорил голос Думбльдора. Коробка, подпрыгивая на голове домового эльфа, поплыла прочь, а Думбльдор взял Гарри за руку чуть выше локтя, они вместе взмыли вверх и, пролетев через пустоту, вернулись в кабинет.

— Хепзиба Смит умерла через два дня после этой чудесной встречи, — сообщил Думбльдор, садясь за стол и жестом указывая Гарри сделать то же самое. — Подпеву обвинили в том, что она случайно всыпала яд в вечерний какао хозяйки.

— Не может быть! — гневно воскликнул Гарри.

— Вижу, что тут наши мнения совпадают, — сказал Думбльдор. — Между обстоятельствами смерти Хепзибы и гибелью Реддлей подозрительно много общего. В обоих случаях вина падала на третьих лиц, которые, между тем, ясно помнили, что убили…

— Подпева призналась?

— Она помнила, как положила что-то в какао хозяйки — и это оказался не сахар, а малоизвестный смертельный яд, — ответил Думбльдор. — Вердикт суда гласил, что она сделала это ненамеренно, а по старческой глупости…

— Вольдеморт изменил ее память, как у Морфина!

— Да, я тоже пришел к такому выводу, — кивнул Думбльдор. — И, как в случае с Морфином, министерство отнеслось к Подпеве предвзято…

— …потому что она домовый эльф, — перебил Гарри, проникаясь исключительной симпатией к П.У.К.Н.И., обществу защиты эльфов, основанному Гермионой.

— Именно, — сказал Думбльдор. — Она была очень стара, призналась, что всыпала какое-то вещество в напиток хозяйки, никому в министерстве и в голову не пришло продолжить расследование. Потом я разыскал бедняжку и добыл ее воспоминание, но она, подобно несчастному Морфину, была уже на краю могилы — к тому же, воспоминание доказывает только то, что Вольдеморт знал о существовании чаши и медальона.

— Ко времени, когда Подпеву осудили, семья Хепзибы обнаружила пропажу двух самых ценных сокровищ покойной. Они не сразу в это поверили; ведь у Хепзибы, ревностно охранявшей свои богатства, было множество тайников. У них еще оставались сомнения в исчезновении чаши и медальона, а молодой приказчик из «Борджина и Д’Авилло», который так часто навещал Хепзибу и так сильно ее пленил, оставил работу и скрылся. Его хозяева удивлялись не меньше остальных и решительно не представляли, куда он мог деться. Очень долгое время о Томе Реддле не было ни слуху ни духу.

— А сейчас, — продолжал Думбльдор, — если ты, Гарри, не против, я хочу привлечь твое внимание к некоторым обстоятельствам нашей истории. Вольдеморт совершил очередное убийство; первое после Реддлей или нет, не знаю; думаю, что да. Как ты сам видел, в этот раз он убил не из мести, а ради выгоды, чтобы присвоить две знаменитых вещи, которые показала ему несчастная, очарованная им женщина. Когда-то он ограбил детей из своего приюта, потом украл кольцо Морфина, а теперь точно так же сбежал с чашей и медальоном Хепзибы.

— Но, — нахмурился Гарри, — это какое-то безумие… рисковать всем, работой, ради каких-то…

— Для тебя, возможно, и безумие, но для Вольдеморта — нет, — качнул головой Думбльдор. — Надеюсь, ты со временем поймешь, что значили для него эти драгоценности, но и сейчас ты не можешь не признать, что он имел некоторое право считать медальон своим.

— Медальон, может быть, — согласился Гарри, — но чашу?

— Она принадлежала одной из основательниц «Хогварца», — сказал Думбльдор. — Думаю, его тогда так сильно тянуло в школу, что он не смог противостоять искушению присвоить предмет, тесно связанный с историей «Хогварца». Но, полагаю, были и другие причины… надеюсь, что в свое время все тебе покажу...

— А теперь перейдем к самому последнему воспоминанию, во всяком случае, на сегодняшний день — пока

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 113 - 113 из 168


Фотогалерея