Гарри Поттер и Принц-полукровка

109

опять низко поклонился и с большой обидой произнес:

— Хозяин все продумал, и Шкверчок должен ему повиноваться, хотя он предпочел бы служить юному Малфою, да-да…

— Значит, решено, — сказал Гарри. — Мне нужны регулярные отчеты, но, прежде чем появиться, убедитесь, что возле меня никого нет. Рон и Гермиона не в счет. И не говорите никому, чем занимаетесь. Просто прилипните к Малфою, как парочка банных листов.

Глава двадцатая. Просьба лорда Вольдеморта

В понедельник утром Гарри и Рона выписали из больницы. Благодаря стараниям мадам Помфри они полностью поправились и теперь могли беспрепятственно наслаждаться всеми привилегиями пострадавших. Самым же приятным было то, что Гермиона помирилась с Роном и даже пришла проводить его и Гарри на завтрак. Она принесла с собой новость: оказывается, Джинни поругалась с Дином. Чудище, дремавшее в груди Гарри, вздернуло голову и с надеждой понюхало воздух.

— А из-за чего? — спросил Гарри насколько мог безразлично. Они как раз свернули в коридор седьмого этажа, совершенно пустой, если не считать одной очень маленькой девочки, которая разглядывала гобелен с троллями в балетных юбочках. При виде приближающихся шестиклассников она так испугалась, что выронила из рук тяжелые медные весы.

— Ничего страшного! — ласково успокоила ее Гермиона, бросаясь на помощь. — Держи… — Она постучала по разбитым весам волшебной палочкой и сказала: — Репаро.

Девочка даже не сказала спасибо. Она словно вросла в землю и не отрываясь смотрела им вслед. Рон обернулся.

— С каждым годом они становятся меньше и меньше, — проговорил он.

— Ну и ладно, — с легким нетерпением отозвался Гарри. — Гермиона, так почему Джинни поругалась с Дином?

— Дин смеялся, когда Маклагген попал в тебя Нападалой, — ответила Гермиона.

— Наверное, это и вправду было смешно, — резонно заметил Рон.

— Ни чуточки! — жарко возразила Гермиона. — Это было ужасно! Если бы Пикс и Проустак не подхватили Гарри, он бы страшно расшибся!

— Конечно, но Джинни и Дину незачем из-за этого ссориться, — сказал Гарри, по-прежнему изображая незаинтересованность. — Или они не расставались?

— Нет — но почему это тебя так интересует? — Гермиона пристально посмотрела на Гарри.

— Просто не хочу, чтобы в команде все опять пошло кувырком! — поспешил объяснить он, но Гермиона не сводила с него подозрительного взгляда, и Гарри страшно обрадовался, когда его окликнули сзади, дав тем самым предлог повернуться к Гермионе спиной.

— А, Луна, привет.

— Я ходила к вам в больницу, — сообщила Луна, роясь в своем рюкзаке. — Но там сказали, что вас уже выписали…

Она сунула в руки Рону нечто, напоминающее зеленую луковицу, большой мухомор и что-то вроде горстки кошачьего помета, а потом наконец извлекла потрепанный пергаментный свиток и протянула его Гарри.

— …вот, просили тебе передать.

Гарри понял, что это приглашение на индивидуальное занятие к Думбльдору, развернул его и тут же объявил Рону и Гермионе:

— Сегодня вечером.

— А ты очень здорово комментировала! — похвалил Рон Луну, когда та стала забирать у него луковицу, мухомор и кошачий помет. Луна неопределенно улыбнулась.

— Издеваешься, да? Все говорят, это было ужасно.

— Нет, я серьезно! — заверил Рон. — Давно не получал такого удовольствия! Кстати, что это? — поинтересовался он, поднимая вверх луковицу.

— О, это корнеплох, — сказала Луна, запихивая кошачий помет с мухомором обратно в рюкзак. — Хочешь, оставь себе. У меня их навалом. Отлично отгоняют зажиручих загланцев.

Она ушла. Рон, давясь от смеха, стоял с корнеплохом в руках. Затем они зашагали дальше, в направлении Большого зала.

— Знаете, а она мне все больше нравится, эта Луна, — изрек Рон. — Она, конечно, чокнутая, но в хорошем…

Он внезапно осекся. У подножия мраморной лестницы с грозным видом стояла Лаванда Браун.

— Привет, — нервно пролепетал Рон.

— Смываемся, — пробормотал Гарри, обращаясь к Гермионе, и они прошмыгнули мимо, но все равно услышали слова Лаванды: — Почему ты не сказал, что тебя сегодня выписывают? И с какой это стати она с тобой?

Рон появился за столом через полчаса с надутым, раздраженным видом. Он сел с Лавандой, но, насколько мог видеть Гарри, за весь завтрак не обменялся с ней ни единым словом. Гермиона вела себя так, будто ее это совершенно не касается, но раз или два Гарри ловил на ее лице необъяснимо довольную улыбку. В тот день она вообще пребывала в приподнятом настроении, а вечером даже снизошла до того, чтобы проверить (иначе говоря, дописать) сочинение Гарри по гербологии — а ведь раньше решительно отказывалась это делать, зная, что Гарри дает списывать Рону.

— Спасибо тебе большое, — поблагодарил Гарри, легонько хлопнув Гермиону по спине. Он взглянул на часы и понял, что уже почти восемь. — Слушай, мне пора, а то опоздаю к Думбльдору…

Она не ответила, только с утомленным видом вычеркнула из его текста еще несколько неудачных предложений. Гарри, улыбаясь, вылез через дыру за портретом и побежал к кабинету директора. При упоминании о шоколадных эклерах горгулья отскочила в сторону. Гарри, перепрыгивая через две ступеньки, поднялся по винтовой лестнице и постучал в дверь ровно в ту минуту, когда часы за ней пробили восемь.

— Войдите, — раздался голос Думбльдора, но, стоило Гарри протянуть руку к двери, как кто-то рывком открыл ее изнутри. Это оказалась профессор Трелани.

— Ага! — закричала она, театрально указывая на Гарри перстом, и уставилась на

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 109 - 109 из 168


Фотогалерея